— Еления, ты мне тоже заменяешь дочь, о которой я всегда мечтала, — тихо проговорила Мадлен. — И имя ты выбрала, как у моей погибшей матери. Именно так я и назвала бы свою дочь.
Еления тоже порывисто обняла молодую женщину.
— Он лишил меня дочери, понимаешь? — с болью прошептала Фурия. — Если бы я все знала... если бы... то, возможно, моя жизнь сложилась бы иначе.
— С другой стороны, у вас теперь столько детей, сестра Мадлен, что вы самая многодетная мама Ровении, — со слезами на глазах улыбнулась Еления, а Мадлен вдруг рассмеялась.
Без жёсткости и боли.
— Да уж, в Ровении сейчас столько Роннигусов, что можно организовать целый клан, — со смешинками проговорила Фурия, и Еля тоже невольно хмыкнула.
— Вы заменили мать огромному количеству детей, согрели их своим теплом и дали путевку в жизнь.
— Что дала? — удивилась Фурия, отстраняясь от Ели и заглядывая той в лицо. В фиалковых глазах заплескалось любопытство.
— Так говорят на Земле, — в замешательстве ответила Еля.
— Путевка в жизнь в вашем случае означает, что вы дали воспитанникам необходимые знания, навыки, денежную сумму, которые помогут им хорошо устроиться в жизни, найти своё место в обществе.
— То есть я подарила им серебряную ложку? — хитро улыбнулась Мадлен, внимательно смотря на воспитанницу.
— Что? — теперь удивилась Еля.
— Когда ты призналась нам с Диннаром, что иномирянка, то сказала ему, что Диннар родился с золотой ложкой во рту, помнишь? — довольно произнесла Фурия.
— И подробно объяснила ему, что это значит."
"— Помню, — Еля тоже улыбнулась. — Он тогда очень разозлился и отчитал меня, — и с удивлением добавила: — Интересное сравнение вы придумали, но именно это я и хотела сказать. Смысл вы поняли.
— К чему ты это говоришь? — Мадлен изучающе смотрела на Елю, уже внутренне догадываясь о том, что та хотела до неё донести.
— Разве вы сожалеете о том, что открыли приют и помогли стольким детям?
— Возможно, я все равно организовала бы что-то подобное, — возразила Мадлен.
— Возможно, — кивнула Еления, — а возможно и нет. Когда человек счастлив, он меньше задумывается о бедах других.
Фурия пораженно покачала головой.
— Ты все время меня удивляешь своими рассуждениями. Тебе обязательно нужно идти в преподаватели и учить детей, чтобы из них вырастали те, кто сможет многое дать нашему гнилому обществу.
— У вас не гнилое общество, — возразила Еля. — Но гнилые индивидуумы есть бесспорно.
