Конечно, вы храните гордое молчание, пытаясь причинить как можно меньше беспокойства убийцам вашей девушки, убийцам вашего друга и, в будущем, – убийцам вас самого… Кстати, как это сказать грамотно, по-русски, не знаете?
Курбатов повторил медленно, смакуя:"
"– Убийцам вас самого… Как-то неуклюже… Хм. Ну да ладно. В общем, я хотел бы оградить вас от возможных неприятностей. Но данное заведение – не моя территория. Увы, увы.
«Скоропортящийся продукт», – с презрением подумал он про Виктора, раздавленного, обратившегося в мягкую дрожащую субстанцию.
Последняя судорога воли и душевных сил – произнесенные полушепотом слова:
– Вы специально пугаете меня. Вам это не удастся.
На что Курбатов ответил:
– Дело ваше. Пусть так. Пусть я вас пугаю. Хорошо. Поскольку для меня главное – ваша осторожность. Лучше страх, чем беспечность, я так рассуждаю. Но и бояться нужно с умом. Просто запомните несколько простых правил: никаких лишних разговоров с сокамерниками, никаких подношений в виде еды, курева и питья, никаких резких движений и поступков.
Уголовники не любят болтунов, и, если в камере возникнет заварушка, вас никто не защитит. Надеюсь, вы не успели рассказать там историю своей жизни?
Курбатов посмотрел на Виктора, прекрасно зная, о чем тот сейчас думает.
– Будем считать, что не успели. Далее. Баланду, которую там подают, советую не есть. От кухни до камеры путь неблизкий, и ваша тарелка пройдет через множество рук, которым ничего не стоит бросить туда какой-нибудь дряни, от которой вы либо умрете, либо станете умственным калекой, неспособным давать показания.
Поэтому договоритесь, чтобы вам передавали еду с воли – детские консервы в пластиковых баночках, их охрана не вскрывает, и сырные палочки, запаянные в пленку… Если увидите, что пленка вскрыта – не притрагивайтесь к этой еде. Так. Что еще… Особенно осторожны будьте ночью. Днем к вам подобраться сложнее, нападающим придется действовать грубо: заточка, шило, удавка… И рисковать при этом собственной головой, чего им, конечно же, не хочется.
А ночью они могут просто повесить вас и обставить так, будто вы сами это сделали. Потому для вас важно научиться не спать ночью, а недостаток сна восполнять в минуты дневного отдыха. Наука, согласен, непростая, но в вашей ситуации крайне полезная. Вы научитесь, я уверен.
Курбатов ободряюще улыбнулся. На Виктора было больно смотреть.
– Я не сумею, – бормотал он, ритмично раскачиваясь на стуле. – Я не смогу. Это невозможно.
– Привыкнете. – Курбатов поднялся.