Но…
– Хочу спать и шоколадку! – выдохнула я. – Вина бутылки три и… Все равно шоколадку!
– Будет, – кивнула мадам Эльвира. – Гарри, свободен.
– Жестокие женщины! – Гаргул развернулся и нажал кнопку вызова лифта. – Арина, мое предложение в силе. Если возникнут проблемы, обращайтесь. Я привратник, и найти меня легко на крыльце.
Я успела только кивнуть, и меня увлекло ведьминской силой вперед…
* * *"
"– Твоя комната, Арина. – Передо мной, наконец, распахнулась дверь. – Здесь гостиная, спальня и небольшая кухня.
Балкон выходит на центральную улицу. Если начнете скучать, можно спуститься в ресторан и…
– Нет! – выдала я. – Хватит с меня впечатлений.
Ведьма улыбнулась и прошла в гостиную.
– Ваша аура яркая, Арина, мужчины на нее падки. Но не будем торопиться, посмотрим, чьи чувства окажутся сильнее.
– Да вы издеваетесь! – взвыла я. – Уже мечтаю встретить старость с тридцатью кошками.
– Тогда сводить вас нужно во второй логистический отдел. – Похоже, мадам Эльвире было не до моих душевных страданий, она строила планы.
– Там, помнится, у нас такие оборотни-коты работают. Закачаешься!
– Нет! – взвыла я, но никто меня слушать не пожелал.
– Так, все покупки доставлены… – Ведьма покрутилась и указала на небольшую межкомнатную дверь. – Они в спальне. Забивайте гардеробный шкаф. Обживайтесь, Арина. Завтра ваш новый рабочий день.
– А договор подписать? – спохватилась я.
– И не вздумайте недооценивать коварство господина Джакобо. Все уже было подписано до вашего появления. На том желаю спокойной ночи.
Ведьма вышла, а я осталась с разинутым ртом.
Что? Как? Мама!..
* * *– Вот, дорогой, она уже зовет маму! – мадам Джакобо указала на легкую дымку. – Ну, милый мой, отправляй меня к ней. Уведут же!
– Не спеши.
Тролль усердно пытался стереть довольную улыбку с лица.
Он не прогадал, выбирая девушку. Попал, как говорится, в самую точку. И даже лучше. Такая кого угодно на колени поставит. Вот и пусть они там попотеют да побегают за ней.
Что может быть притягательнее недоступной женщины?!
Хмыкнув, он сжал в объятиях свою демонессу.
– Отправлю тебя, если пообещаешь кое-что, – шепнул он ей на ушко, любуясь красотой ее небольших обсидиановых рожек.
– Что угодно, – выдохнула мадам.
– Ты не будешь поддаваться эмоциям и настраивать ее против остальных, – начал он.
– Хорошо…
На ее лице хоть и появилась недовольная гримаса, но она кивнула.
– Ты не сдашься и не отступишься, даже если вдруг выяснится что-то неприятное для тебя.
