– Про спальню подумаю. Но не дальше той комнаты.
– Вредный демон, – фыркнув, отдала я ему картину и пошла дальше изучать содержимое его студии. – А меня здесь больше нет?
Инчиро тяжело вздохнул, приставил мой портрет к стеночке и тоскливо покосился в сторону кухни.
– А на ужин что? Арина?
– Картошка, – ответила я, не задумываясь. – А что еще есть завершенное? Почему ты так много картин бросаешь недописанными? Инчиро!
– Да кому они интересны?
Он растерянно развел руками.
– Мне! Тебе! Разве это мало?
Убрав очередную раму, я снова натолкнулась на свое изображение.
Смешной набросок, где я сижу в кресле вразвалочку и с важным, даже каким-то диктаторским видом, перебираю документы. Строгая белая блузка, черная юбка. Нога на ногу и мои любимые красные туфли. Такая вся из себя мадам! Куда бы деваться!
– Это шедевр! – Мой веселый смех прокатился по комнате. – Ты должен ее дописать. Вот здесь я себя точно узнаю! И в приемную ее, чтобы все сразу видели, какая я властная и важная. Вот!
– Ну не знаю, – приподнял Инчиро бровь.
– Ты мне здесь кажешься невероятно красивой и недоступной.
Он подошел ко мне и мельком взглянул на изображение.
– Это почему?
Я задумчиво всмотрелась в набросок.
– А потому что в эти моменты я стоял в дверном проеме своего кабинета и не сводил с тебя глаз. Все ждал, когда же обратишь внимание. А тебе было все равно – существую я или нет. Моя жестокая Арина. Я стою, влюбленным взглядом ее рассматриваю, а она в бумажках роется.
Уголки его губ дрогнули и приподнялись.
– Хм… Если ты ее не завершишь, я смертельно обижусь, – встала я в позу.
– И вообще, такой талант нужно развивать…
– Арина, он не прокормит…
– Надо будет, сама тебя кормить буду, а ты рисуй, – заявила я и, развернувшись, потащила эту картину к той первой.
Кажется, если здесь хорошо порыться – можно и на целую галерею накопать. На выставку!
– Нет. Все же добывать золото буду я, а вот кормить картошкой, которая так пахнет, позволю тебе. Где мой ужин, женщина? Я голоден!
– На кухне, – пожав плечами, указала я на дверь.
– Ясно…
Инчиро внезапно присел, обхватил меня за бедра, и я оказалась перекинутой через его плечо.
– Ты что делаешь? – испуганно взвизгнув, вцепилась я в ткань его рубашки на спине. – Поставь на место!
– Обязательно, – с любовью погладили меня по заду. – Но не здесь, а на кухне. Мужчина хочет твоей стряпни, женщина!
– Ладно, неси, – смилостивилась я, за что получила шлепок. – Ай!
Засмеявшись, Инчиро, наконец, покинул свою мастерскую.
