Стена изо льда стала подниматься перед ним, отделяя от взывающих к Бездне фанатиков, а они шли ломаными, неестественными походками, словно зомби. А может, они и были зомби?
Я снова распахнула крылья и попыталась взлететь, и опять не хватило сил. Неужели магия вокруг так разредилась? Я попыталась наполнить свои крылья от внутреннего источника, но не смогла. Внутри будто образовалась дыра – как в небе, и вытягивала из меня всё.
«Жаждущий крови, – позвала я в надежде на его помощь. – Многоликая…»
Они молчали.
Передо мной стала намораживаться стена изо льда.
Он поднимался неровными пиками, переплетался, наслаивался пластами. Похожие на зомби культисты остались с другой стороны. Лёд закрывал от меня их, закрывал вид на бой, и я попыталась встать. В глазах резко потемнело. Молнии грохотали, но я не видела их вспышек за надвигающейся тьмой. Инстинктивно накрылась крыльями и упала на мелкие кристаллики льда.
Земля дрожала от магических ударов, но их грохот казался мне далёким гулом, сознание норовило окончательно утонуть в темноте.
И всё же я понимала, что мне надо подняться и двигаться, идти, сражаться, добраться до…
…
…двигаться…
…
…сражаться…
…
Вырываться из тьмы было тяжело: она засасывала меня в бесконечность, истончала плоть, разум, всё. Я пыталась зацепиться за звуки, ощущения, за реальный мир, который был где-то здесь рядом, тыкался в мой живот заледенелой дрожащей землёй, прорывался в сознание рокотом и гулом, жёг кожу холодом.
Разлепив глаза, во вспышке молнии я увидела ледяные кристаллы.
Они торчали вокруг меня, словно кинжалы. Озаранский принц своим драконьим телом почти сливался с неровной ледяной стеной, я едва различила его по лаковому блеску светлой чешуи.
Нужно было подняться.
Нет, сначала проверить, в какой я форме…
Крылья прятали тело от взглядов. Оно по-прежнему было перестроено под мужскую фигуру. Значит, сознание до конца я не потеряла, хотя казалось иначе.
Под прикрытием крыльев я сжала запястье и снова позвала Элора, но его метка не отозвалась теплом, она была холодна.
Сердце стыло, внутри было так холодно, что даже внешний холод больше не ощущался.
Приподняв крыло, я ждала удара молнии. Она вспыхнула вдалеке, но этого сияния хватило увидеть: золотой узор метки на месте. Значит, Элор жив. Пока.
Бой отдалялся, и молнии теперь вспыхивали и бешено грохотали в стороне.
Надо встать.
Надо узнать, что с Элором.
Двигаться.
Я Бешеный пёс или кто?
Зарычав, упёрлась ладонью в мёрзлую землю и приподнялась.
