– Но в данной ситуации у меня практически не было выбора.
Я поджала губы. Трудно его понять, а из-за того, что он медведеоборотень – невозможно заглянуть в сознание. И это раздражающее ощущение надвигающейся беды не отпускало, дёргало нервы, мешая сосредоточиться и здраво мыслить.
– Можешь поклясться, что не готовишь государственный переворот? – кажется, мне оставалось только это. Если смотреть на законные и мирные методы.
– Я клянусь, что не замышляю ничего дурного против Аранских, наоборот, стараюсь сделать всё, чтобы их правление было благополучным и долгим.
И не замышляю ничего, вредящего тебе.
Он говорил правду, но с каким-то слабым оттенком горечи.
И что мне со всем этим делать?
Дарион нервно потёр подлокотник кресла и посмотрел на меня исподлобья:
– Скажи, пожалуйста… Безотносительно всех этих тайн, секретов и прочей политики… я хоть немного дорог тебе? Хоть чуть-чуть?
«Никто из нементалистов никогда нас не поймёт, не стоит даже надеяться на это и считать их своими друзьями».
«Самое дорогое – семья, остальные – разменные монеты и пешки».
«Никогда не привязывайся ни к кому просто так, особенно к тем, кто знает твои опасные тайны».
Все эти дедушкины наставления вихрем пронеслись в голове, прозвучали его голосом – и разбились о воспоминания о годах одиночества, когда только Дарион знал правду.
– Мне… – губы задрожали, но я нашла в себе силы признать, – больно не доверять тебе.
Лицо Дариона дрогнуло, взгляд смягчился. Во мне от самого сердца нарастала дрожь, и глаза защипало. Вдохнуть не получалось.
Дарион потянулся ко мне, но двери распахнулись, и у меня как-то сразу получилось взять себя в лапы: прямее стала спина, расправились плечи, и подбородок вздёрнулся вверх, а из глаз исчезли неприятные ощущения.
– Что-то, Дарион, ты слишком долго тут сидишь, – нелюбезно заметил Элор.
Вокруг него не сверкали молнии, он не скалился, ноздри трепетали лишь чуть, но атмосферам мгновенно накалилась.
– Мне попеняли за отсутствие отчётов за последние несколько лет, – совершенно искренне поведал Дарион.
– Я исправляюсь.
Отличный образчик того, как можно лгать, говоря правду: отчёт я когда-то с Дариона спрашивала между делом, но явился он сюда явно не ради него.
– А-а, – протянул Элор. – Значит, ты тут недавно почти на колени падал из-за просроченных отчётов?
– Если обнаружишь недочёты или потребуются разъяснения, – глядя мне в глаза, Дарион поднялся, – ты знаешь, где меня искать.
– Я тоже знаю, где тебя искать, – многозначительно заметил Элор.
