Фух, какое облегчение, – выдохнул Элор, но при всём облегчении, кажется, была в его словах и нотка грусти.
У меня аж чешуя полезла и когти всё же прорезались, прежде чем я смогла взять себя в лапы и вернуть полностью человеческий облик. Эта грусть… Если Элора тяготила формирующаяся связь избранных, её обрубание амулетом, возможное возвращение во время занятий Валерии с Санаду, для которых ей явно приходится снимать амулет (недаром же Элор пришёл за ней сюда!), снова исчезновение контакта и появление, – и так до освобождения принца Арендара (благо осталось всего несколько дней), – Элор перенесёт легко.
Но если он хоть даже в глубине души хотел связи избранных, для него эти качели станут мучительны, они, в отличие от нежеланной связи, при обрывании выльются в ощущение непоправимой потери, боли, злости…
Это Дарион тоже должен был понимать.
Во что он меня втягивал?
– Ну что, перекусим и завалимся книжку читать? – предложил Элор.
Мне всё чудилось в его интонациях напряжение. Может, тоска по нарушенной связи? Так, нет, не думать об этом.
– Сначала кристаллы. – Я снова захлопнула папку.
– Ты же давно меня знаешь, почитай мне в долг.
– Сначала кристаллы, – повторила чуть громче.
И пока он будет их доставать, я побеседую с Дарионом. Основательно.
– Как же иногда с тобой тяжело, – вздохнул Элор и, отступая, окутался золотым пламенем телепортационного заклинания.
Я рванула к заднему входу – так быстрее до корпуса боевых магов.
По пути я чуть не снесла почтенного магистра Игнасиуса, выскочила на улицу.
Лёгкий сумрак вечера уже опускался на Академию, со всех сторон доносились отголоски студенческой болтовни. Я мчалась по дорожке, рефлекторно чеканя шаг. В приземистом здании корпуса, примыкающего к огороженному стадиону, горел свет. Мой яростный взгляд сосредоточился на окне, когти опять вонзились в несчастную папку.
Дверь была не заперта, я ворвалась в длинный коридор, пронеслась по нему, свернула, ещё раз свернула. Толкнула скрытую дверь в ещё один коридорчик и, проклиная все эти закутки, ворвалась в кабинет Дариона.
Он сидел за столом с горами папок и стопок листов.
– Отчёты делаю, – пояснил он. – Как ты и…
Все папки и листы, даже в моих руках, просто взорвались. Воздух наполнился исписанными клочками, и меня затрясло. А листочки кружились, метались, падали, и сквозь них я почти не видела Дариона, только его смутный силуэт.
– Копий не было, – зачем-то произнёс он. – Что случилось?
Глава 45
– Как ты мог?.. – голос срывался. Я шумно выдохнула.
