Поэтому, подходя к своему дому, не обратила внимания на то, что ни в одном окне нет света. Темноту в подъезде Настя списала на постоянно разбитые лампочки, а неработающий лифт – на обычное невезенье. И только войдя в квартиру и ткнув пальцем в выключатель в прихожей, сообразила, что что-то не так. Во всем доме отключено электричество.
Шепотом чертыхаясь, она сняла ботинки, нашарила на полу тапочки, на ощупь проползла в кухню и зажгла плиту. «Хорошо еще, что у нас плиты газовые, – подумала она, – если бы плиты были электрическими, тогда совсем кисло пришлось бы.
Даже воду не вскипятить». От горящих конфорок в кухне стало достаточно светло, чтобы ориентироваться в пространстве и не натыкаться на углы. Поставив на огонь чайник, Настя попыталась составить более или менее приемлемый план действий на ближайшее время с учетом отсутствия электричества. На компьютере не поработаешь, телевизор не посмотришь, книжку не почитаешь, с этим все ясно. Можно лечь спать, уже одиннадцать часов, Лешка сегодня ночует у родителей и в Москву не приедет.
Надо бы сделать несколько телефонных звонков, но, пожалуй, поздновато. И, что самое противное, душ не принять – в ванной кромешная тьма, а в доме нет ни одной свечки. И почему она никогда не покупает свечи? Ведь продаются же на каждом углу…
Чайник закипел. Настя сделала кофе и бутерброд с сыром и села за стол.
Что интересного сказала мадам Казарян-Островерхова? Пожалуй, практически ничего. Никто из бывших общих знакомых Валентина не разыскивал ни накануне убийства, ни за неделю, ни за месяц до того.
Вообще за последний год его никто не искал, а даже если бы и искал, бывшая жена ничего вразумительного сказать не смогла бы, она и сама не знала, где Валентин. И, честно говоря, не очень-то и хотела знать. Насте показалось, что Островерхова испытывает чувство вины перед мужем за то, что бросила его в трудную минуту, и потому инстинктивно хочет сделать вид, что никакого Казаряна в ее жизни как будто бы и не было. Она не хочет о нем вспоминать и не интересуется его нынешней жизнью.
– Почему он так легко сдался? – спросил Островерхову Сергей Зарубин. – Ну хорошо, с бизнесом не получилось, но это случается сплошь и рядом, и люди обычно обращаются к друзьям, родственникам, бывшим коллегам, просят помочь найти другую работу или посодействовать в бизнесе. А ваш муж, если верить вам, ничего такого не сделал. У него что, друзей не было?
– Друзей? – Островерхова чуть приподняла красиво очерченные брови. – Друзей было навалом.