Книга Седьмая жертва — читать онлайн бесплатно полностью

Возвращение к старой боли пробуждало жажду войны, которая затмевала рассудок, и все начиналось сначала.

После того, что случилось с его семьей, он забросил занятия своей любимой наукой. Теоретические изыскания в области социальной психологии стали казаться ему скучными и пустыми, они в обобщенном виде пытались описывать мысли и чувства усредненных, незнакомых ему людей, тогда как его интересовали только его собственные чувства. Эти чувства порождали мысли, которые его пугали, но от которых он не мог избавиться. Он попытался отойти от государственной науки, ссылаясь на возраст – шестьдесят один, можно и на пенсию, но, увидев откровенно недоумевающие взгляды коллег, поубавил пыл.

В самом деле, какой он пенсионер! Выглядит дай бог каждому, лет на десять моложе, чем есть на самом деле, сказались немалые старания, приложенные в свое время, чтобы не состариться слишком быстро, ведь у него была молодая красавица-жена. И он до последнего вытеснял из сознания мысли о том, что как мужчина он ей не нужен. Знал, что не нужен, знал, что она с брезгливым неудовольствием терпит его ежемесячные визиты в Питер, но все равно любил ее и надеялся. И потому старался бороться с возрастом как мог. Занимался спортом вместе с сыном, совершал с мальчиком долгие пешие прогулки за городом, бросил курить, пользовался только самыми лучшими средствами для бритья, чтобы не пересушивать кожу и уберечь от преждевременных морщин. И хотя после трагедии он перестал заниматься собой, но до сих пор выглядел великолепно. И болезней особых, которые неделями и месяцами мешали бы ему работать, у Шувалова не было. Да, коллеги явно не поняли его порыва оставить научную работу, и он остался. Не потому, что дал слабину, не устояв перед общественным мнением, уж кому-кому, а ему, специалисту в области социальной психологии, про общественное мнение было известно все и даже больше, чем все. Но Виктор Петрович решил не совершать поступков, которые казались бы абсолютно нелогичными и непонятными, а потому подозрительными. Не нужно ему никаких подозрений. Он готовился к своей войне.

Но справиться с отсутствием интереса к любимой еще совсем недавно науке он не смог, потому перешел на другой факультет, где психология была не профильным предметом и читалась лишь поверхностно, одни азы. Это позволяло не углубляться в новейшие теоретические разработки и давало возможность «ехать» на старом багаже без дополнительных усилий, на которые у него не было уже ни желания, ни сил.

Живопись он тоже забросил.