Не видел?
— Нет!
— Остался ты, Леня, в этом месяце без зарплаты! А если с Ульяной что-то случится, останешься без башки!
Ерема накрутил охранников, отправил их под дверь своей квартиры, а сам один, без сопровождения взял курс на рынок. Он очень рисковал, но страх коленки не холодил, руки не дрожали. А вот голова после ударов болела.
По дороге он обзвонил всех кого нужно, сход собрал, как обычно, в кафе, которое работало только для своих. Объяснил ситуацию, выразительно глянул на Костяху.
— А я здесь при чем? — нахмурился тот.
— И что, если из Рыжего?
— А может, и не из Рыжего? Может, черт знает откуда! — пожал плечами Резвый. — Ты в паспорт к ним не заглядывал?
— И представился только Мартен, — кивнул Ерема.
— А может, он и не Мартен вовсе!
— Может, он и не из Рыжего, и даже не из наших мест…
— Может, это Телетайп нам привет прислал? — предположил Бычок.
— Нет его в Атомном.
— А что ему там делать с общаком? Затаился где-нибудь в глуши, — сказал Паня.
— Или рыбу глушит, — ухмыльнулся Ништяк.
— Карасей!.. Где-нибудь здесь. А Мартен этот у него на подхвате.
— Это мы, оказывается, общак увели, — сказал Ерема. — На эти деньги развернулись… А Мартен справедливость установить желает.
— Может, правда Телетайп? — в раздумье спросил Костяха.
— Не знаю. Ты мне вот что, пацан, программу подгони, фоторобот составить. Эти рыла у меня перед глазами стоят… Короче, пацанов нужно в Атомный отправить, пусть походят с этими рылами, поспрашивают.
— А если нас там ждут? — спросил Паня.
— Если Мартен только и ждет, когда мы подъедем?
— И что ты предлагаешь? Зарыться в нору и сидеть, не высовываться?… А может, по восемьдесят штук в месяц будем им отстегивать?
— Да нет, отстегивать нельзя.
— А засунуться можно?
— Я не говорил, просто поосторожней надо.
— Поосторожней — это значит отдать инициативу. Поосторожней — это мы должны прятаться от этого Мартена, в то время как он сам прячется от нас… Наскоками они нас брать будут! Наскочат, сорвут куш, и в кусты! Мы что, с этой махновщиной мириться должны?
— Нет, конечно.
— Прятаться никто не будет. Все будут работать — искать этих уродов. Искать, находить и мочить!..
Домой Ерема вернулся в первом часу ночи, охранники занесли чемоданы и сумки.
— Долго же ты! — Ульяна дождалась, когда за ними закроется дверь, и вышла из глубины огромной квартиры.
Вышла в тунике из простыни. Волосы распущены, глаза накрашены, губы чувственно блестят. И легкий запах коньяка.
