Постепенно вылезло солнце и тут же стало нещадно жарить мне голову. Гвен сказала, что положит какие-то вещи мне в повозку, может там есть чепец или шляпа. Но на открытой дороге остановиться я боялась.
Наконец вдалеке показалась зелёная полоса. Лошадка, наверное, тоже почувствовав отдых побежала резвее сама. Через полчаса или чуть больше, мы подъехали к довольно широкому пролеску. Я перевела дыхание — вглубь вела едва заметная дорожка, поросшая травой. Не раздумывая, я свернула туда. Проехав, наверное, еще минут пять — примерно, конечно, мы оказались у небольшого ручейка.
Я оглянулась — деревья плотно закрывали это место, можно было не волноваться, что меня увидят с дороги.
Отвязав лошадь, я отпустила её попастись и побродить немного, но крепко привязав веревкой к дереву — отпускать боялась. Трава вокруг была густая, поэтому она мирно принялась её щипать, а я наклонилась над ручьём, чтобы охладить лицо, руки и голову. Потом сделала несколько глотков и пошла на подрагивающих, от нервного напряжения, коленях, к повозке.
Нужно посмотреть, с чем я буду начинать новую жизнь."
"Что ж, надо было сказать, что с того момента, как я очнулась в лесу и меня нашел Сайорис, моё финансовое состояние значительно улучшилось — у меня были деньги (правда я понятия не имела на что их хватит), была повозка и лошадь. По-моему для обычного крестьянина это был уже необходимый прожиточный минимум.
Что я обнаружила в повозке: мешочек с простой едой — в нем были сыр, хлеб, вяленое мясо и свежие овощи.
Впившись зубами в кусок лепёшки я продолжила инвентаризацию. Под сиденьем стопкой лежали несколько шкур, а так же несколько простыней из тончайшего льна — наверное личные Гвендолин. Стоял сундучок, приоткрыв который я увидела полный дамский набор — щетку для волос и одежды, зеркало, гребни. В отдельной тряпице лежали тряпочки для чистки зубов, зубной порошок и мыло.
Если бы я могла — я бы заплакала. Гвен умудрилась подумать обо всём. Она собрала меня с такой заботой, как собирала бы мать своего ребёнка.
И это накануне свадьбы, когда на неё смотрели десятки глаз и спрашивали о каждом шаге — это вполне естественно, она же была невестой.
Какая-то одежда тоже была — шаль, накидка, чепец. Я не стала всё это долго рассматривать, мне очень хотелось помыться — после ночи езды я чувствовала себя, наверное, как грузчик после тяжелой смены.
Вокруг была тишина, никакого даже намёка на стук копыт не было. Поэтому я разделась и вошла в воду.
