— Госпожа Шарлотта, позвольте предложить вам небольшую прогулку, — я не знала, было ли предложение сэра Лливелина продиктовано душевной едой, вписывалось ли оно в рамки установленных в доме правил, но конечно же мне пришлось согласиться.
Он подал мне руку, я оперлась о нее — она была крепка, как каменная — и мы отправились в сторону выхода.
Когда мы с Гвен ходили на обзор окрестностей, то повернули направо от выхода. Сейчас же Лливелин повёл меня влево.
— Сейчас я покажу вам место, где отдыхаю и восстанавливаю душевное равновесие, — сказал он своим густым бархатным баритоном.
— Я думала, Гвендолин показала мне все ваши владения, сэр Лливелин, — вежливо ответила я.
Он мягко рассмеялся."
"— Туда ходят гости только по моему приглашению, госпожа Шарлотта. И далеко не все.
Я покраснела. И так, робею перед этим сильным мира сего, а он еще и взялся оказывать мне знаки внимания. Вот лучше бы не надо…
Мы оказались у входа в небольшой сад.
Вход его венчала арка из роз чайного цвета вперемешку с бежевыми. Необыкновенно изысканно.
Внутри располагались клумбы, разбитые в строгой геометрии и симметрии. Мне нравились сады и цветники, хотя я предпочитала несколько более запущенные и таинственные. Но в этом сочетании нежных прекрасных роз и четкой планировки было что-то дивно изысканное. Сразу представился рыцарь в латах и с белой розой в железной руке.
— Необыкновенное место, — призналась я.
— Здесь всё сделано под моим руководством, каждый камень и каждый цветок находится там, где я задумал. — Он помолчал. — Этот сад я разбил в память о своей покойной жене.
— Я глубоко вам сочувствую, сэр Лливелин, — сказала я искренне. Богатейший вельможа, бывший в боях и сражениях, обладал нежной душой. Это не могло не трогать.
— Благодарю вас, госпожа Шарлотта.
Некоторое время мы шли молча.
— Мне как можно скорее хотелось бы узнать кто вы, госпожа, — помолчав, произнёс он. — Я уже сделал попытку навести справки, послав гонцов в крупные поместья, но к сожалению, они могут не принести результатов.
Я молчала. Он не просто так завёл этот разговор.
— Вы думали о том, что будете делать, если ваши родные не найдут вас, если мне не удастся их отыскать?
Господи боже мой, конечно, я старалась об этом не думать.
