Вот, значит, с чем мне теперь жить. Честное слово, это было так странно для меня — смотреть на себя и нравиться. Я разглядывала своё лицо — очень приятной округлости, напоминавшее сердечко, с прямым носиком и ясными голубыми глазами, в обрамлении облака золотистых волос.
— Ты очень хорошенькая, — услышала я голос Гвендолин, — хотела бы я твои волосы — это так необычно. Хотя я и своими довольна, — и она мотнула черным водопадом своих гладких, как шелк, волос.
Откуда-то раздался мелодичный приглушенный звук незнакомого духового инструмента.
— Пойдемте обедать, — скомандовала Гвен. Ния выскользнула из алькова первой. Мы прошли следом. — После обеда я покажу тебе свою спальню и мы наболтаемся вдоволь! Жаль, что ты ничего о себе не помнишь, ну нам всё равно скучно не будет, правда?
Знала бы она, насколько мне УЖЕ не скучно! Но этого как раз я рассказать и не смогу.
Глава 5
Запахи еды на какое-то время плотно заняли моё сознание — в последний раз я ела у разбойников, уже больше суток назад. Мы шли по направлению к главному залу, Гвендолин что-то оживлённо рассказывала, однако голод мешал мне сосредоточиться — раньше я никогда недоеданием не страдала.
Шарлотта, судя по спазмам в желудке, тоже. Сутки без еды начинали превращаться в пытку.
— …он, конечно же приедет на мою свадьбу, и вообще будет много знатных гостей. Отец пригласил на приём самого короля — он присягал ему на верность одним из первых, поэтому ему дозволена такая честь…
Я попыталась отвлечься от физических страданий и возмущавшегося желудка, включившись в разговор.
— Кто приедет на свадьбу, сам король?
Гвендолин рассмеялась немного гортанным смехом.
— Король не знаю, навряд ли, просто это очень почётно — иметь право пригласить его. А приедет мой брат — Мэбон. Он старше меня, служит во дворцовой охране. На самом деле, они там никакую службу не проходят, он сам хвастался мне, что они с друзьями целыми днями пьют и развлекаются с женщинами. А обязанности за них выполняют менее знатные его сослуживцы, за плату. Ой, только отец не должен об этом знать, смотри не проболтайся!
Надо было отдать должное моей новой подруге — она здорово умела трещать без умолку так, что из головы вытеснялись все остальные мысли.
Пока она говорила, в голове был только её поток сознания.
Наконец, мы добрались до порога главного зала. Остановившись, Гвендолин серьёзно осмотрела меня, поправила волосы и ремешок на талии. Потом оглядела себя.
— Отец не любит, когда за обедом я или Ния выглядим неряшливо.
