То есть, штаны с меня сняли, а укрыть чем-нибудь не догадались. Аккуратно, не делая лишних поворотов головы, я села и свесила ноги на пол. Так, тапочки на месте. Выдох. До моей новой спальни не далеко. Вдох. Только я собралась встать, как за спиной раздался голос Михаила:
– Далеко собралась?
От неожиданности я присела обратно.
– Тьфу! Напугал! Ты не спишь, что ли?
– Я вопрос задал.
– В свою кровать собралась. Почему ты не спишь?
– Одна ты не дойдёшь, Толик и правда с дозой не рассчитал. Ты тут напугала всех, вот он и не учёл нашу с тобой разницу в весе.
Тебя моя кровать чем-то не устраивает? Между нами вон метр расстояния. Так что залезай под одеяло и спи здесь.
Кровать у него была огромной. Я и не знала, что такие кровати могут быть. Хотя, с его ростом и весом, в той, в прошлой жизни только такая кровать и подходила. Я еще посидела и решила всё-таки попробовать встать. Только я начала аккуратненько вставать, как он, перекатившись на бок, протянул руку и дернул меня за футболку обратно. От неожиданности я завалилась на кровать, а точнее, навалилась спиной на него.
Голова от резкого движения опять закружилась, так что я замерла в той позе, в какой завалилась.
– Кать, не дури. Хочешь в коридоре на холодном полу валяться? Сама с пола встать сразу ты не сможешь. Я тебе, уж извини калеку, тоже не смогу помочь. Заболеть захотела? Залезай под одеяло и спи. Одеяло тоже огромное, так что ты меня даже не почувствуешь.
Я дышала, восстанавливая дыхание и успокаивая головокружение. От него уже начинало мутить.
Михаил, пользуясь тем, что я молчу, выдернул одеяло из-под меня и всё-таки укрыл меня, но сам не вылезал из-за спины. Он даже устроился так, чтобы я осталась полусидеть. За это я была ему благодарна. Так легче было сдерживать тошноту. Пригревшись под одеялом с одной стороны, теплом от тела Михаила с другой, и успокоив головокружение и тошноту, я медленно стала сползать.
– Куда? – он оставил меня в этой позе.
– Я спать хочу.
– Ну, так спи, – последовал ответ.
– Так на тебе неудобно, я на подушку хочу, – буркнула я.
– Я так тебе неприятен?
– Почему? Просто ты костлявый, – пояснила я, переползая на свою подушку, – и горячий. Вон футболка у меня уже вся мокрая от тебя.
– Только поэтому? – усмехнулся он.
– Ну, тебе же тоже не приятно в мокром спать. А если уж тебе так хочется, чтоб я к тебе прикасалась, то я свои ледышки тебе подсуну, – и я не дожидаясь ответа от него, повернулась к нему спиной и подсунула под его здоровую ногу свои ледяные ступни.
