– А ну открой мне немедленно, Халк! Не имеете права! Ах вы… Да как так-то… Да я вас… Я сейчас полицию вызову! Эй!
Прижав нос к щели, пробасила требовательно:
- Сапоги верни, гоблин! Холодно! Я же живой человек! Ой! – отскочила назад, когда дверь открылась, и на площадку один за другим вылетели мои сапоги.
- Да на, не ной.
Аф! Оф! Уф! Уставилась во все глаза, возмущенно хватая ртом воздух, наблюдая, как мимо пролетают сначала елка, за ней мой чемодан, и наконец бомбочкой пакет с продуктами.
– Стой! Не смей! Там же мой то…
Чвак! Но тортик уже подозрительно хлюпнул в коробке и, конечно же, по полу рассыпались апельсинки.
Еще несколько минут назад – цвет моего настроения.
Я так и застыла – на полуподлёте к пакету. Хлопнула несколько раз оторопело ресницами, онемев от такого варварства.
Нет, невозможно. Еще никогда, никогда меня, Наташу Феякину, так не обижали!
- Счастливой ночи… дорогая! – тем временем сказал за спиной, как выплюнул, грубиян, и добавил сухо: – Нет, я тебя не ждал!
- Ах ты… О-о-о!
Я едва не зарычала, чувствуя, как внутри меня вспыхнуло адово пламя гнева и бросилось на щеки.
Тортик – это же святое! Развернувшись к обидчику, сжала руки в кулаки, сузила глаза в щелки и пообещала, стянув шапку со лба на затылок:
- Ну, все, Халк! Конец тебе, Падлюга! Ты сам напросился!
Падлюга на это спокойно хмыкнул и захлопнул перед моим носом дверь.
Н-на! Я со всей злости ударила по дубовой обшивке ногой, но тут же, охнув, поджала ее под себя и запрыгала по площадке.
В эту минуту обиды сразу вспомнился и тихий Жорик, и Крокодиловна, и белый ковер с шампанским.
Ну почему, если не везет, так сразу во всем?
***
Ключи остались лежать в квартире, зато я умудрилась не уронить с плеча сумочку, а вместе с ней и телефон. Все время повторяя, как же страшно я разделаюсь с Халком, когда до него доберусь, я надела сапоги, трижды выдохнула и решительно набрала номер агентства «Дед Мороз», собираясь с ними сурово поговорить."
"На дворе стояла почти полночь, но меня это ни капли не смутило.
Раз уж накосячили, так пусть разбираются и извиняются! А я не собиралась отсюда никуда уезжать! Не тот у меня характер, чтобы взять и сдастся!
Однако телефон Алены Морозовой молчал. Совсем. Не отозвался даже глухоньким сигналом на мою требовательную серию входящих, словно его и вовсе отключили. Вот это сюрприз!
Пришлось первый раз в жизни звонить в полицию – в конце концов, я честно плачу налоги. И просить их мне помочь.
