3 Дэниар Престон
Дэниар Престон
Я проснулся на рассвете, до первых петухов, и довольно улыбнулся. Второй день подряд пробуждение было невероятно приятным – я лежал в теплой постели, на шелковых простынях. Моя правая рука обхватывала тонкую девичью талию, а нога удобно устроилась между стройных ног Айрин.
Как я оказался на второй половине кровати? Ведь, помнится, засыпал на своей. Причина крылась в Айрин. Эта девушка притягивала меня, словно магнит. И сколько бы я ни вел борьбу с самим собой, вечно проигрывал. Ее имя, голос и образ настолько сильно отпечатались в сознании, что уже ничто не искоренит их оттуда.
Несколько минут я просто лежал в полусонном забытье и наслаждался теплом, которое дарило тело Айрин. Оно чувствовалось даже через тонкую ночную сорочку. Но еще больше удовольствия мне доставляло ощущение мягкости девичьего живота под рукой и упругих ягодиц, упиравшихся в мои бедра.
Мне не верилось в действительность происходящего. Прошлое потихоньку стиралось из памяти, но воспоминания о тех ужасных днях по-прежнему были яркими и приносили моему сердцу ужасные мучения.
Сколько ночей я проспал на каменном полу, промерзая до костей и не замечая неудобств, только благодаря вечной усталости и непрекращающейся боли? Сколько дней я провел под землей, не видя солнца и голубого неба? Сколько часов я был вынужден работать до бессилия и горящих огнем мышц в мольбах к богам, в которых раньше не веровал? Пожалуй, слишком много, чтобы нынешняя реальность не показалась сном.
От Айрин приятно пахло апельсиновой водой.
Я сделал глубокий вдох, и локон светлых волос, угодив в нос, защекотал его. Мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не чихнуть. В противном случае идиллия момента была бы нарушена и тогда прекрасное утро омрачила бы нелепая случайность.
Приподнявшись аккуратно на локте, я заглянул в лицо спящей жены. Айрин казалась хрупкой, но у нее внутри имелся стальной стержень, который невозможно было даже согнуть. Она изменилась, очень изменилась… Впрочем, как и я.
Осторожно и очень медленно я стянул с молодой супруги одеяло и, продолжая опираться на локоть, внимательно осмотрел ее с головы до кончиков пальцев на ногах.
Колени, прикрытые ночной рубашкой, были слегка согнуты, а правая ладонь покоилась под щекой. До чего она все-таки красива!
Внезапно Айрин пошевелилась и легла на спину, предоставив мне возможность любоваться собой. Плавные изгибы ее соблазнительного тела сводили меня с ума, заставляли неутоленную жажду пульсировать в крови.