Потому, и бочка у меня имеются, и животик, и щеки… Открываю упаковку и застываю, так и не положив печенье в рот.
Муж говорил, что я — хомяк. Что старею, возясь с женщинами и их бесконечными проблемами, а нужно тянуться к молодым. Я смеялась, что мне ещё нет тридцати.
Рус звал меня работать в институтский медпункт. Может быть, нужно было соглашаться? Да, это не по-профессии. Но зато, может быть, моя семья была бы цела. И было бы больше времени на дом, на мужа… И я бы не отрубалась на кровати одетой, просто не в силах ответить на супружеские ласки.
Да, но если бы Руслан хоть немного помогал по дому, например, убирал посуду, я бы освобождалась раньше. А по выходным стоило бы отдыхать, не пытаясь угодить свекрови в запале переполоть огород.
Дело же не в пациентах. Как их бросишь? Муж же своих студентов не бросает. Вот, на экскурсии с ними регулярно ездит. Три месяца назад в Питере был. В Питере…
Догадка прошивает меня насквозь и заставляет зло усмехнуться. Какая же ты дура, Катя! Все понятно, какие к твоего мужа были культурные поездки! С продолжением.
Кошмар! Фу! Фу! Фу! Господи, какая мерзость!
Остервенело откусываю от печенья и глотаю, не почти не жуя. Иначе просто разревусь.
А куда мне идти после того, как Тимур Сабитович решит все свои проблемы? Что там с работой? Стоит поговорить с заведующей лично. Если жить в родительском доме, то нужно решать вопрос с отоплением. И с разводом. Как мне в пятницу в глаза Руслану смотреть? Да я же просто разревусь. А на кого оставлю ребёнка? Доехать до города — это же не быстро…
— Катя, надеюсь, что вы не меня на месте этой пачки печенья представляете?
Сумбур моих мыслей прерывает голос Тимура.
Я подпрыгиваю на месте и резко оборачиваюсь. Опускаю глаза на свои руки и обнаруживаю, что действительно смяла пластиковую упаковку в четыре раза. Как только силы хватило?
Смущённо прячу пачку печенья за спину и мотаю головой. Чувствую, как щеки заливаются красным. Мне стыдно? За что? Да что со мной?
— Демьян спит?! — Хозяин дома проходит в кухню и ставит на стол несколько пакетов.
— Да, — киваю, выдыхая, — прям очень крепко.
— Это же хорошо? — Уточняет Киров осторожно.
— Да, — снова киваю и начинаю тараторить, — хорошо. Он новую смесь хорошо кушает. Не плачет. И вещи привезли. Я постирала. И…
— Давайте тогда спокойно поужинаем, Катя, и поговорим, пока время есть, — перебивая, неожиданно предлагает Тимур. — Вы только разложите. Сам не знаю, что здесь в пакетах. А я пока приму душ. С самого утра об этом мечтаю.
