Ферма таких звероплодов — и огромная проблема была бы решена! Видели бы вы, как стремительно растут кучи мусора.
— Поверьте, София, — серьёзно посмотрел на меня маг. — То, что живого мира не коснулось магическое излучение Замирья, — великое счастье.
— Верю, — вздрогнув от воспоминания, поёжилась я. Картинка, которую некогда показал мне Устин, до сих пор была яркой и пугающей. «Ресурс», которого так жаждут магнеры, спит и не знает, какая страшная опасность всем угрожает. — У нас нет магов, которые стали бы стражами, как вы.
Боюсь, если магнус прорвется через Шаад, не станет ни мусора, ни проблем.
После этих слов на нас обрушилась гнетущая тишина. Казалось, даже ветерок не смел шевелить листву деревьев, чтобы не нарушить её торжественность. А вот новые жители Шаада молчать не стали.
— Так ты будешь нас хоронить или нет? — с вызовом спросил тот, самый первый и болтливый. — Давай уже решай что-нибудь, милостивая госпожа.
— Для начала зови меня София, — благодарно улыбнулась я наглому корнеплоду.
Своим эксцентричным поведением он разогнал сгустившиеся тучи нависшей над Шаадом опасности. — А твоё имя будет.
— Черри! — поспешно выкрикнула картошка. — Я Черри, госпожа. То есть София.
— Вишенка с зубками, — давясь смехом, проговорила я. И кивнула: — Хорошо, Черри. Назначаю тебя главнокомандующим корнеплодом. Справишься?
— А почему она? — ревниво поинтересовалась та, что проснулась второй. — Я побольше буду. И поумнее!
— Была бы умнее — не перечила б, — осадила её Черри.
— А то госпожа может и передумать. Понравилось в земле?
— Чего там может понравиться, — задрожала та. — Темно, тесно и скучно.
— То-то же, — довольно оскалилась Черри и хитро подмигнула мне десятком глазок. Сомнений в том, что зубастая Вишенка справится, не осталось.
Зато возник вопрос к наблюдающему за нами магу.
Глава 47. Символ мироздания
— Чего уставилась? — проворчало нечто, похожее на уродливый комок земли, и моргнуло глазками... Десятью как минимум! И, увы, совершенно не картофельными.
— Корнеплода раньше не видела?!
— В том-то и дело, — растерянно пролепетала я, — что такого не видела. И до сих пор не встречала ни одного столь болтливого.
Клубень гордо расплылся в хищной, полной острых треугольных зубов, улыбке.
— Так я уникален?
— Более чем, — опасливо кивнула я и виновато покосилась на Устина. — Что скажете?
— Хм. — Маг с интересом опытного селекционера рассматривал наш «урожай». — Я не уверен, что это можно есть.