Один из нас, естественно подменяясь оставался и наблюдал за Байхэ с дерева, остальные поочерёдно отдыхали, чтобы набраться сил перед ночной операцией.
Когда опустилась кромешная ночь, мы начали зачистку секретов. По опыту понимал: эти отморозки ночью смену не делают, расслабляются, теряют бдительность. Убрать их оказалось несложно — двое из трёх вообще спали на посту, третий дремал, ни о чём не подозревая. Мы с братьями двигались как единое целое, словно три части одного организма — даже в полной темноте чувствовали друг друга с полуслова, с полжеста.
Луна скрылась за тучами, Байхэ погрузился во власть теней. Я подобрался к большой фанзе — бараку, где гнездилась основная масса банды. Изнутри доносился храп, было видно: перед сном они изрядно набрались какой-то дряни, даже дрались между собой, а потом начали таскать молодых девушек к себе. Я молил Бога, чтобы не попасться мне сейчас Санька или Машка — иначе все планы полетели бы к чертям.
Тихо приоткрыв дверь, увидел: два десятка хунхузов валялись кто где — на циновках, на лежанках, на земляном полу.
Я двигался бесшумно, как тень. Первый спал у входа — точный удар ножом в сонную артерию, и он ушёл без звука, я только придержал горло тряпкой, чтобы не хрипнул. Второй — на циновке слева, молниеносный выпад, и лезвие находит цель. Один за другим хунхузы получали свой смертельный укол — кто-то пытался проснуться, но мой нож всегда опережал их реакцию. Пьяные, расслабленные, безоружные, они были лёгкой добычей.
Когда осталось трое, один вдруг вскочил, почуяв что-то неладное — видимо, запах крови взбудоражил инстинкт.
Не раздумывая, выхватил ПР-92 с глушителем и аккуратно положил ему пулю между глаз. Двое остальных дёрнулись, но успели только получить свою порцию свинца."
"Буквально за считанные минуты фанза превратилась в бойню: двадцать бандитов были уничтожены, и я поспешил к братьям — время было действовать дальше.
Пока я работал в фанзе с основной массой хунхузов, Никита и Лёша занимались зачисткой дома европейца, по прозвищу Джек, как выяснилось позже.
Также они устраняли охрану возле лачуги с пленниками. Самих пленников мы решили освобождать только под утро — иначе начнут шуметь и только навлекут беду, как это часто бывает.
Дом Джека охранял один человек — тот спал, и Лёха точным метательным ножом перерезал ему горло. Самого Джека взяли тёпленьким: оглушили, крепко связали и оставили на полу до выяснения обстоятельств.
Оставалось взять дом главаря.