Поняв, что хозяйка его гладит, Банди тихо заворчал, запах ананаса усилился. Я зажгла свет, свесилась с кровати, принялась рассматривать Бандюшу и с изумлением спросила:
– Милый! К твоей морде прилип кусочек «Макарон». Ты определенно участвовал в разбое. Но как тебе удалось слопать печенье, находясь под диваном в другом конце комнаты, а? Я лежала, не вставала и совершенно уверена, что ты не приближался к ложу хозяйки. Загадка почище…
Договорить мне не удалось, сила земного притяжения потянула меня вниз, я рухнула с кровати прямо на Бандюшу.
Пит горестно вздохнул, выполз из-под меня, встал, отряхнулся, медленно поплелся к дивану, вспрыгнул на него и оглянулся. В его взоре явственно читался упрек: «Дорогая, перестань заниматься глупостями. «Макарон» нет, и назад они не вернутся, даже если ты возьмешь у всех нас анализы. С тем, что не можешь изменить, лучше смириться!»
Я залезла под одеяло. Ну уж нет! Сдаваться не в моих правилах. И не о печенье сейчас идет речь, бог бы с ним, а о Дегтяреве.
Не хочет толстяк, чтобы я помогала ему в поисках того, кто убил в самолете Луизу Маковецкую-Бритвину? Сама побегу по следу, а там посмотрим, кто из нас первым поймает добычу!
* * *Фред и Густав не подвели: около стойки оформления билетов стоял парень со здоровенным кофром и дорожным ридикюлем.
– Какой большой мешок? – удивилась я. – Там слон?"
"– Нет, мадам, – совершенно серьезно ответил посыльный, – в кофре подвенечное платье, оно правильно выглажено и уложено таким образом, чтобы не помялось.
А в небольшой сумке – обувь, фата и клатч от Фреда. Когда прилетите домой, повесьте кофр, а то некоторые кладут его на пол и юбка теряет форму. Но не вынимайте платья из упаковки, оно обработано специальным антистатическим составом, он же предохраняет от пятен. Рецепт средства разработал отец Фреда, он держится в секрете, платье теперь никогда не полиняет, не выгорит, не потеряет своей красоты, навсегда останется как новое. Но поскольку времени у модельеров было мало, аэрозоль на него нанесли сегодня рано утром, состав должен впитываться две недели в темноте, тогда вещь много лет сохранит первозданный вид и ваша дочь или внучка смогут пойти в нем под венец.
Я поблагодарила парня и, держа кофр на вытянутой руке, предстала перед девушкой в форме, которая тут же велела:
– Мадам, положите вещи на ленту.
– Они пойдут в салон, – ответила я, – там мое свадебное платье, оно помнется в багажном отделении.
