И что было дальше?
– Все могло сложиться отлично, – взвизгнула Лоретта. И поджала губы.
– Рассказывай, – сухо приказал жене муж.
Та сразу прикинулась дурочкой:
– Что? Я ничего не знаю.
Месье Эвиар мрачно усмехнулся:
– Похоже, ты не поняла меня или, как всегда, решила проигнорировать слова супруга. Но сегодня особенный день. Если ты сейчас промолчишь, я подам на развод, добьюсь единоличной опеки над детьми, разразится мощный скандал. Долго упрашивать не стану, на принятие решения у тебя есть десять секунд. Выкладываешь правду, мы остаемся вместе и пытаемся жить дальше, поддерживая друг друга.
Не открываешь рта? Нет у тебя семьи.
Лоретта изменилась в лице:"
"– Ладно, не злись. Я все сделала ради нашего с тобой счастья. Дело станцевалось. Сережа велел мне следить за Анри, а сам прикинулся больным, я в аптеку за таблетками бегала и наблюдала, как Гриньон себя ведет. Скупердяй на следующий день принес на склад фотоаппарат, потом поехал в центр города, вошел в офис аукционного дома. Даже идиот понял бы, что Анри свою добычу сфоткал и решил ее продать.
Долго он в офисе торчал, под вечер вышел с каким-то мужиком, на пороге с ним попрощался и сказал:
– Значит, в пятницу в одиннадцать утра ваш оценщик подойдет в хранилище.
А дядька ему:
– Тише, месье Гриньон, не надо на улице дела обсуждать.
На следующий день я прибежала к Полю домой, отец его сидел на складе, а матери не было в Париже, она в провинцию уехала, лето стояло. У Эвиаров большой балкон, он расположен прямо над входом в склад.
Мы с Полем сидели там, кофе пили, и я постоянно через перила перегибалась, вниз смотрела и видела, как Анри с двумя посторонними тетками сначала вошел на склад, а потом, часа через полтора, вышел. У него было такое лицо! И Гриньон опять языком замотал:
– Когда вы свой бронированный автомобиль пришлете?
Одна женщина ответила:
– Во вторник в десять утра.
Вторая предостерегла:
– Не стоит на всю улицу об этом кричать.
Стало понятно, что драгоценности признали подлинными. Сергей решил действовать оперативно.
И все прошло гладко. Но Поль дурак! Вернулся домой и положил ключи от склада в другой ящик. Вот уж сглупил! Его отец оказался не только скупердяем, он еще был маниакально аккуратен. Упаси господи в прихожей ботинки не параллельно поставить! Отец Полю вечно выговаривал, сын его бесил, заведенный порядок нарушал.
– Я не кретин, – возмутился месье Эвиар, – просто в тот день перенервничал, понял, что меня сделали соучастником ограбления, испугался.
