Хозяйка принялась уговаривать меня не уходить, но в конце концов проводила до двери и, когда я стала спускаться по ступенькам в сад, воскликнула:
– Дашенция, а зачем ты приходила-то?
– Просто поболтать, – ответила я и убежала.
Глава 27
В холле нашего дома меня встретила Анфиса, ее серое платье украшала здоровенная брошь из разноцветной пластмассы. Я удивилась этому аксессуару. Фиса совсем не модница, в одежде она предпочитает унылые тона, и до сегодняшнего вечера я ни разу не видела домработницу с бусами на шее, браслетом на руке или с каким-либо другим украшением.
Когда Анфиса появилась в нашей семье, я начала привозить ей из Парижа симпатичные штучки: кожаный пояс, платок, ожерелье. Фиса вежливо благодарила, уносила презент в свою комнату и никогда им не пользовалась. Поняв, что прислуга не любит аксессуары, я один раз притащила ей сумку, но и она не обрадовала Анфису…
– Симпатичная штучка, – похвалила я украшение, – модная, и тебе очень голубой цвет идет.
Домработница заулыбалась:
– Петр Андреевич тоже так сказал, когда дарил мне брошку: «Лазурный колер ваш».
Какой у вас милый папаша, и хобби у него замечательное!
– Хобби? – недоуменно повторила я. – Какое?
– Неужто не знаете, что ваш отец бижутерию делает? – укорила меня Фиса.
– Ммм, – промычала я, – да… конечно… совсем забыла.
Анфиса одернула платье.
– А уж какой он внимательный! Спустился к обеду, принес коробочку, протянул мне и сказал: «Уважаемая Анфиса, ваше строгое элегантное платье отлично украсит яркое пятно.
Прошу, примерьте, только что для вас смастерил». Вот вы говорите, что я скучно одеваюсь, а Петр Андреевич вмиг сообразил: я за простоту и элегантность! Такой он хороший, прямо не хочется, чтобы уезжал!
Из столовой послышались громкие голоса и заливистый хохот.
– У нас гости! – испугалась я.
– Нет, – возразила Фиса, – только свои чай пьют.
– В полночь? – поразилась я. – Зоя Игнатьевна всегда ложится спать не позднее одиннадцати.
– Сегодня она изменила своей привычке, – поджала губы Фиса.
– Ржет, как лошадь! Петр Андреевич рассказывает исторические байки. Он столько интересного знает! Пойду на кухню, охота дослушать, чем встреча Пушкина и Лермонтова с Ломоносовым закончилась.
Анфиса шмыгнула в коридор, я на цыпочках стала красться к лестнице на второй этаж. Александр Сергеевич и Михаил Юрьевич никогда не общались друг с другом, совместно пьют чай они только в анекдотах. А Михайло Васильевич умер до того, как великие поэты появились на свет.
