— Не ворчи, плюс один, — отозвался Даррел и, кажется, окончательно ушел в минус по ее шкале измерения хороших парней.
На улице резко похолодало, и моросил холодный дождь. Сразу видно, что «Исая дурная погода» днем приступил к дежурству в погодном штабе. Мы дружно натянули капюшоны и, похоже, начали напоминать подельников, собравшихся ограбить ректорскую приемную. Смотритель подъемника лепрекон Ховски прятался от мелкой мороси под широкополой черной шляпой, которую сдвинул на затылок, рассматривая наше трио.
— Даррел, ты сегодня с прекрасными дамами? — осклабился он, принимая от Рэдвина монеты.
«Прекрасные дамы» между тем изящно скукожились от тяжелого, влажного холода, исходящего от Разлома, и натянули пониже капюшоны, словно старались скрыть прелестные лица. Оливия шмыгнула носом и, вытащив из кармана скомканный платок, громко высморкалась. Я кашлянула в кулак и спрятала руки в карманы куртки.
Ночью в Разлом мне спускаться еще не приходилось. Темнота здесь казалась белесой, словно мрак опасался опускаться в верхнюю чашу.
По дороге к житнице Рэдвин объяснил, что волноваться особенно не о чем. Арену для боев и тропу к ней защищали охранными амулетами, отпугивающими нечисть. Возможно, здесь было относительно безопасно, но вокруг чавкала болотная топь, что-то плюхало и кряхтело. В общем-то, как и всегда в Разломе, но от Даррела мы с подругой старались не отставать.
Возле каменного зернохранилища с двускатной крышей толпилось неожиданно много народу. Периметр был тускло освещен, на почерневшие от плесени стены, местами затянутые серебристым ядовитым плющом, наступал туман.
Он приглушал свет низких фонариков, воткнутых в землю, и все вокруг казалось ненастоящим.
Мы с Оливией невольно схватили друг друга под локоток и следом за Рэдвином прошли под аркой, испещренной глубокими трещинами. Снаружи было тихо, но внутри царил оглушительный гвалт. Пахло отвратительно: серой и влажностью. Шел бой. Народ выкрикивал прозвища «Костолом» и «Ураган», заодно подсказывал, как именно им следовало друг друга прикончить.
— Даррел, опаздываешь! — подскочил к нам лепрекон Трой, выпускник с воздушного факультета.
— Прости, приятель. — Рэдвин похлопал его по плечу и кивнул на нас с Оливией: — Присмотри тут за моей девушкой.
Не уточнив, какая из нас именно его девушка, он исчез в толпе, а Трой повернулся к нам и замер.
— Ага, привет, — согласилась я.
— Поставишь на своего парня? — нашелся лепрекон.
— Я здесь в качестве фанатки.
