Народ от души старался пополнять его коллекцию, а если не особенно старался, тот в принудительно-добровольном порядке собирал группы и отправлялся за нечистью лично. Помню, как в декабре Зигмус шесть часов гонял нас по Разлому в поисках хверсов. Мелкие гаденыши маскировались получше любого хамелеона!
— Победил, Даррел. Забирай последнюю печеньку, тебе точно хуже, — хмыкнула я. — Как тебе перепало такое счастье?
— Вещи вчера забрал патруль. Пришлось покаяться, — хмыкнул Рэдвин. — Ты ведь успела придумать желание, староста?
— Я хочу отнести к артефакторам связеон, — призналась я.
— Может, сумеют починить.
На руке Рэдвина вспыхнул алый символ.
— Как я и предполагал, — довольно кивнул он и полез в рюкзак.
— Принес его собой? — уточнила я.
Однако он достал черную коробку с эмблемой «дракоса» на крышке, положил на стол и подвинул пальцем в мою сторону.
— Все утро искал в Родрике модель, похожую на твою, но ее уже не продают.
— А где мой связеон?
Даррел с трагичной миной покачал головой, давая понять, что старенького связеона-утопленника с нами больше нет.
— Винни, просто скажи, что куртку ты не потерял, — попросила я, сложив руки в молитвенном жесте.
— Она в целости и сохранности принимает мыльные ванны, Кат-Кат. — В его светлых глазах заискрился смех.
— Очень рада, — проговорила я. — За «дракос» тоже спасибо. Я правда ценю твои усилия…
— Ты такая дипломатичная, — ухмыльнулся Рэдвин.
— Но возместить стоимость дорогого артефакта сейчас не готова. Просто сдай его обратно в магазин.
— Бери на время. Вернешь, когда купишь новый, — легко предложил он, явно стараясь сгладить неловкий момент. — Он в любом случае уже замагичен на твой номер.
Мысль была неплохая. Я все равно подумывала после получения диплома взять новый связеон. Возможно, даже «дракос». В рассрочку лет на пять.
Внезапно коробка, заставив меня вздрогнуть, разразилась пронзительной трелью.
— Тебе, кстати, все утро звонили, — хмыкнул Рэдвин, наблюдая, с какой скоростью я снимаю крышку.
К высокому потолку взметнулась громкая мелодия. «Дракос» оказался девчачий: розового цвета, с золотистой узнаваемой эмблемой. Одарив Рэдвина выразительным взглядом, я раскрыла зеркальце и проверила номер звонящего. Судя по комбинации символов, меня разыскивала мама.
— Привет, — ответила я, и она обеспокоенно запричитала, что уже раз десять пыталась со мной связаться.
Пришлось подняться из-за стола и отойти в сторонку, чтобы поговорить.
