Самая рыжая в академии драконов
Никогда прежде я осознанно не совершала поступков, которые приводят к неприятностям. Да в принципе всегда считала, что неприятности происходят исключительно из-за глупости в них попадающих. Но перебарывая смесь тревоги и раздражения, неслась на полных парусах к проблемам. Дорога к ним вела через каменный мост, соединяющий самый западный остров с остальным архипелагом.
С одной стороны студентов встречал дракон с неведомой зверушкой, сидящей на голове, с другой — изваяние с долотом и молотком в руках.
Молоток был настоящий, целая кувалда, и металлический боек блестел как новенький. Видимо, его частенько терли на удачу.
Левая сторона острова, принадлежащая зоомагам, напоминала городок в сельской глуши. Тем нелепее среди пейзажа смотрелся учебный корпус, построенный по чертежам старого дворца. Высокое строение с длинными вытянутыми башнями и сложной архитектурой, словно храм драконьим богам, окружали простые деревянные и каменные постройки с двускатными черепичными крышами.
Колорит здесь был особенный.
И дело не в пасущихся в загоне травоядных весбурлах, чем-то напоминающих мохнатых кучерявых баранов в черно-белую полоску, а в огромном количестве студентов, вечером выгуливающих на поводках нечисть. В академии разрешали заводить домашних питомцев и даже приветствовали, если кто-то хотел выдрессировать зверушку из Разлома. Главное, ее зарегистрировать и доказать, что зубастая тварь не сожрет соседа. Однако такого количества прирученной нечисти на других островах архипелага не встретить.
Я остановилась возле столба с указателями, проверяя, в какой стороне находится пруд. Внезапно под ноги с жутковатым булькающим звуком из кустов вылетел детеныш шестипалого темно-синего терипописа. Внешне он походил на собаку с длинным тощим телом и выпирающими ребрами."
"Правила поведения с нечистью всевозможных классов в нас вдалбливали с первого дня учебы. С терипописами, как с вивернами, следовало застыть и ждать, когда нечисть потеряет интерес. Рефлекторно я замерла, изобразив фонарный столб.
— Сидеть! — рявкнул амбал, вылезший из этих же кустов.
Тварь плюхнулась на две задние лапы, остальными гордо уперлась в каменные плитки и замолкла. Да я сама чуть не присела на дорожку вместе с нею в позе послушной собаки.
— Он не кусается, просто очень общительный, — уверил здоровяк, подхватывая нечисть четвертого класса под мышку, как безобидную зайку, и почесал ее между встопорщенных ушей.
— Симпатичное создание, — поддакнула я, выдохнув.
