Я отвернулась, сделав вид, что ничего не вижу, не слышу и не замечаю, но при свидетеле лепрекон состроил из себя шибко правильного. Он отказал ребятам и набросился на меня с претензиями:
— Что ты, хверс раздери, здесь застряла? Других дел нет?
— Туманом из Разлома дышу! — сама от себя не ожидая, сорвалась я на лепрекона. — Лекарь сказал, что мне полезно.
— Иди на мост и дыши сколько влезет! — окончательно разозлился он и буркнул: — Сначала смотрят, а потом ко мне ревизор приходит.
В этот момент до нас донесся протяжный вой, заставляющий кровь леденеть.
Я оцепенела. Этот пугающий клич мне довелось слышать только один раз, но перепутать его было невозможно…
— Что за хверсова дрянь⁈ — охнул Ховски.
— Бельвистиарфы, — прошептала я и, оглянувшись к оцепеневшим некромантам, рявкнула командным голосом: — Не замирайте! Вызовите своего декана!
Секундой позже я ощутила прилетевшую с севера чаши волну драконьей магии. Выброс силы был настолько мощным, что, взбудоражив клоки тумана, вверх взметнулись длинные, толстые лианы, десятилетиями свисавшие с брюха парящего острова.
В воздухе градом осыпались оборванные влажные листья, фрагменты склизких стеблей и мусор. Прикрывая лицо руками, мы все, и даже Ховски, ругнувшийся некрасивым словом, проворно отпрянули подальше от ограждения. Мысль о группе Зигмуса, возможно, попавшей в засаду нежити, опалила обжигающей плетью…
— В Разломе нужны лекари! — выкрикнула я.
Глава 8.
Чего хотят парни?
Пожалуй, это были самые страшные полчаса моей жизни, пока собиралась спасательная группа.
Пятачок перед подъемником заполнился преподавателями и выпускниками, готовыми вызволять попавших в беду. С замирающим сердцем я следила за сборами и даже не могла поучаствовать в миссии! Без магии проку от меня было ноль. Единственное, чем смогла помочь, — рассказала, что волна драконьей магии шла с севера, где находится омут Надежды. Не знаю, что за шутник назвал столь поэтичным словом серные болота.
Декан Мигруш с командой спустились на платформе вниз. Я приготовилась к долгому ожиданию, трусливо веря, что ошиблась, и в засаду бельвистиарфов попала какая-то другая группа — не Рэдвин.
И даже не чувствовала себя из-за этого плохим человеком.
Когда всего через несколько минут подъемник загудел, а на носилках подняли почти бессознательного Зигмуса и переломанного парня-лекаря, надежда разбилась, как хрустальный шар. Колени едва не подогнулись, а внутренности связало узлом.
Даррел поднимался вторым заходом. Он был к крови.
