Горящие чёрные, полные похоти, глаза буквально прожигали мою душу.
Не знаю почему, провела ладонью по его резко очерченным скулам, наблюдая за диким пламенем, полыхающим в его зрачках. Видела, как они стремительно расширяются, заполняя радужку тягучей чернью. Тяжело и шумно дышал, обдавал моё лицо жаром, от которого я тут же покрылась мелкими мурашками.
Дэвид сжал меня в железных объятиях. Стал покрывать мою кожу огненными поцелуями, заставляя тело предательски отзываться на его ласку.
В голове патока… сладкая вата…
Чьи-то руки стали мое платье вверх задирать.
Пальцами по обнаженным бедрам узоры выводить. Внизу мигом всё жаром налилось. Тело огнём обдало. Возбуждение до костей пробирало.
Нельзя… Неправильно… Но не могла слово вымолвить, чтобы возразить им.
Только по рукам сильным своими пальцами провела и веки прикрыла.
Понимала, что сейчас саму себя предавала, но поделать ничего не могла. Плыла по бешеному, бурлящему течению, отдавая всю себя во власть бесов.
И снова поцелуй мои губы накрыл. Жадный.
Жёсткий.
Слёзы из глаз ручейками сбегали. Удовольствия…и стыда.
— Вы мне обещали… — шепчу едва различимо.
Я не была услышана. Мои демоны не останавливались. Дэвид принялся меня нахально ласкать сквозь ткань нижнего белья. Коснулся промежности, прошёлся по краю трусиков. Задев сокровенное место, вмиг отрезвил, и я тут же распахнула глаза."
"— Вы не возьмёте против воли и… моего желания, — стиснула зубы, не позволяя вырваться порочному стону из горла.
— Ты желаешь нас… — прошептал Дэвид, опаляя щёку своим дыханием.
Провёл по влажной ткани трусиков. Медленно отодвинул её в сторону и проник туда, где всё пульсировало и требовало мужской ласки.
Голова пошла кругом, желание стало невыносимым, болезненным, но я всё же сумела различить голос и доводы рассудка.
— Нет, — собрав всю свою волю, крикнула я. — Не хочу!
Чувствовала, что ещё немного и разрыдаюсь…
Не готова. Всё было так неправильно… противоестественно…
— Чего ломаешься? Мы немного пошалим, маленькая, — самодовольно ухмыляясь проговорил блондин, усиливая напор, тем самым причиняя мне боль.
— Твоего мнения никто здесь не спрашивает.
Смысл его слов по нервам ударил. Ужас пронзил насквозь, лишил рассудка.
Значит… они возьмут меня, когда им захочется, и моё мнение не счет?
Боже…
— Отпусти её, — убрав от меня руки, внезапно проговорил Ричард, проводя пальцами по своим тёмным волосам.
Посмотрел на брата со злостью. Едва сдерживаясь. Челюсти крепко сжаты, глаза будто искры выбивают.
