Второй, не обратив внимания на безвременную кончину собрата, протянул руки — и тут же их лишился, оставшись с кровоточащими обрубками. Проверять, чувствует ли заражённый боль, Шпилька не стала, рубанула снова.
Овчарка, тем временем, с упоением носилась по парковке. Третий мертвяк безуспешно пытался её догнать, иногда совершая короткие рывки на два-три метра, но собака всякий раз успевала увернуться.
Шпилька, почему-то уверенная, что этого заражённого Лайма к ней не подпустит, направилась к продуктовому.
Двое зомбаков, дежуривших там, оказались уже не медляками, а вполне себе бегунами. Впрочем, ума это им не прибавило, Шпилька в последний момент отшагнула в сторону от несущегося на неё заражённого и на развороте пнула его ботинком чуть пониже спины, добавив ускорения и отметив про себя, что сдерживать позывы к опорожнению кишечника заражённые, кажется, не считают нужным. Второго уже привычно рубанула мачете. Развернулась к первому и только успела увидеть, как тот валится на спину под весом напрыгнувшей на него черно-рыжей тени.
— Да ты ещё полезней, чем я думала, — похвалила собаку Шпилька. — Ну теперь пойдём, может, и для тебя что-нибудь вкусное найдётся.
Из продуктового Шпилька вышла с рюкзаком, под завязку набитым консервами и собачьим кормом. Боковые карманы рюкзака оттягивали бутылки с водой и коньяком — брать водку неизвестного розлива Шпилька поостереглась. А ещё — кола, столь любимая Шпилькой в прошлом. Не самый разумный выбор, но устоять она не смогла — когда ещё доведётся почувствовать этот неповторимый химический вкус.
Напоследок Шпилька снова заглянула в магазин для охотников — там, на витрине, остался дробовик, выбранный Танком для себя, и несколько коробок патронов. Представления, как с этим обращаться, у Шпильки не было — если не считать этими представлениями весьма условные «знания», почерпнутые из боевиков. Но интуиция подсказывала, а вернее просто трубила — возьми.
А интуиции, как поняла Шпилька, в Улье стоит доверять.
"
"Развилку они миновали ближе к вечеру. Примерно через километр от неё дорога изменилась. По краям её появился примыкающий прямо к обочинам лес, почему-то огороженный синим сетчатым забором, противоположные направления разделил газон с вкопанными в него жестяными отбойниками. Чуть дальше по одной из сторон показались дома.
Архитектура показалась Шпильке непривычной. Сплошь эркеры, фронтоны, декоративные балки.
