Прямо сейчас бойцы Ордена планомерно прочёсывают кластеры вокруг Приозёрного и Замка в поисках беглецов и, гарантирую вам, настигнут их всех до единого.
— Уничтожить гадов! — взорвалась толпа, мне же оставалось только скрежетать зубами от досады.
Как ловко Хёгни выкрутился с ответом про Щегла. Да, сказал, наконец, правду, но тут же залил её бочкой мёда про отмщение. Нет, эта троица преподов отнюдь не проста. И каждый в ней преследует какую-то свою цель. Знать бы ещё, какую. Хотя… Мне, пожалуй, уже не интересно.
Чем больше я погружаюсь в сплетение интриг вокруг Замка, тем больше хочется отмыться от всего этого. Не даром говорят, что интриган хуже дровосека. Но того, который рубит деревья, а калифорнийского, который следит за собой, чтобы понравиться другим лесорубам.
— Обязательно уничтожим! — с неподдельным воодушевлением пообещал Хёгни. — По возможности, к бойцам Ордена будем присоединяться и преподавательский состав Замка, — с этими словами Волк обвёл широким жестом Анваровну и Авессалома.
— Однако только в свободное от занятий время, ведь основное наше предназначение — учить вас, будущих великих знахарей, которым не будет равных во всём Улье!
Мне показалось, или на последних словах Хёгни лицо графини на мгновение приобрело выражение, которое можно было истолковать как «Тоже мне великих»?
Если честно, то мне после этой фразы тоже захотелось горько расхохотаться и сказать что-то вроде: «Те, кто выживут, Хёгни!», но я снова прикусил язык.
Истинное положение дел знали не так чтобы многие. Если брать незаинтересованных во лжи, создаваемой вокруг ситуации, то всего трое, а именно я, Аня и Лаки. Если учесть, что Лаки ест с руки у Анваровны, то получается, что и вовсе двое. И хоть ректор Хёгни Бондур не производил впечатление злодея, думаю, он вполне способен ради «общей пользы» или «высшего блага» придушить двоих студентов. Хотя каких двоих? Одного! Одного студента и девочку-приживалу, вообще непонятно как получившую право находиться в Замке.
И это впечатление, увы, не паранойя. Оно подтверждается тем, как легко Хёгни списал сразу троих студентов. А ведь это были те, за чьё обучение уплатили большие шишки из крупных стабов, потому как поселения иммунных попроще таких специалистов себе позволить попросту не в состоянии. Значит, считает, что такой поступок важнее мнения тех, кто заплатил. И это говорит как о нём самом, та и о серьёзности ситуации в целом.
