И в свете, падающем из дверного проёма, я увидел, что передо мной была вовсе не Марианна.На секунду почувствовал что-то вроде сожаления — всё-таки мы с Марианной немало часов провели вместе, лаская друг друга. И похолодел, когда наша жертва смирилась наконец, с тем, что мы её поймали, и опустила руки.
Передо мной, скорчившись на полу, сидел Кназ и сверлил меня испуганным и одновременно ненавидящим взглядом."
"Глава 32"
"Передо мной, скорчившись на полу, сидел Кназ и сверлил меня испуганным и одновременно ненавидящим взглядом.
Его тёмные глаза, окружённые глубокими тенями, метались, словно у загнанного зверя. Смуглое лицо, обычно ухоженное, теперь было покрыто щетиной и грязью. Одежда была порвана, тут и там торчали обрывки ткани, свидетельствующие о поспешном бегстве.
— Кназ? — ошарашенно пробормотал я, не веря своим глазам. — Что ты здесь делаешь? Где Мариана?
Он молчал, сжав челюсти так, что на скулах проступили желваки. Его руки дрожали, но взгляд оставался дерзким, несмотря на явный страх.
Из-за моей спины плавно вышла Ольга Анваровна. Её фигура, стройная и грациозная, казалась призрачной в полумраке хижины. Шамширы в её руках отражали скудный свет, отбрасывая отблески на стены хижины. Еë одежда, несмотря на походные условия и недавний скоротечный бой с развитым заражëнным, оставалась безупречно чистой, а высокие сапоги блестели так, словно Графиня начистила их прямо перед выходом из БТР.
— Ну… Отвечайте, голубчик. Где ваша жена? — холодно спросила она, приближаясь к Кназу.
Её голос, мягкий, но требовательный, звучал как шелест стальных крыльев.
Аня появилась рядом со мной, её глаза сверкали от нетерпения. Тёмные волосы девушки были собраны в хвост, а на поясе покачивались ножи. Она сжимала в руках «Вал» и была готова в любой момент пустить его в ход.
Кназотвёл взгляд, губы его дрожали.
— Я нэ знаю… — прошептал он с заметным акцентом. — Она ушыла… бросыла мыня здесь. Бросыла… Бэз оружыя и на сломаный машынэ.
— Она что-нибудь сказала? — задал вопрос я, убирая нодиевый меч за спину.
Внутри закипал гнев. Всё это время мы гнались за призраком, а нашли лишь этого труса.
— Бросыла… И сказалы, что я, как лубовнык, не дотягываю до тыбя, шакал…
Кназ попытался на меня броситься с кулаками, но его опередила Аня, приставившая к его виску ствол «Вала».
— Свяжите его, — коротко бросила Ольга, не сводя глаз с бывшего завхоза Замка.
— С удовольствием, — усмехнулась Аня, доставая из рюкзака прочную верёвку.
