Под себя.
— И как это сделать? — спросил я, вертя холодный, идеально гладкий камень в руках.
— Твоей кровью и твоей Искрой. Древняя магия крови — самая сильная и самая честная.
— А теперь, скажи мне, что значит частичка души?
— Это… — Фырк сделал многозначительную паузу и потом продолжил, — ты будешь делиться со мной своей жизненной энергией.
— То есть? — уточнил я. Мне вдруг стало не по себе.
— Ничего страшного, — заявил Фырк. — Это не так много, да и я уже достаточно опытный дух, чтобы контролировать все это.
Но я тебя понимаю. Трудно поверить… но здесь уж извини, — он совсем по человечески пожал плечами, — доверие должно быть обоюдным. Ты доверяешь мне, я доверяю тебе. И ты сам просил, я за язык тебя не тянул.
Я некоторое время смотрел в глаза бурундука, после чего молча достал из бокового кармана халата маленький автоматический ланцет — всегда носил с собой на всякий случай.
Короткий, почти безболезненный прокол, и на подушечке указательного пальца выступила тугая, темная капля крови.
Она медленно упала на черную, как беззвездная ночь, поверхность камня и, вместо того чтобы растечься, впиталась в него, не оставив ни следа.
— Теперь положи ладонь на камень и направь в него свою Искру. Всю, какую сможешь.
Я сделал глубокий вдох, положил ладонь на камень, который неожиданно оказался теплым, и начал направлять в него свою внутреннюю энергию. Искра послушно потекла по руке, тонким, едва видимым голубоватым потоком, и вдруг…
Фырк, сидевший на столе, взмыл в воздух.
Его маленькое тело начало стремительно вращаться, окутываясь серебристым, мерцающим вихрем света. Одновременно с этим камень под моей ладонью вспыхнул ослепительно-ярким синим пламенем, которое, однако, не обжигало.
Вся старая, пыльная комната наполнилась густым, потрескивающим озоновым запахом, как после сильной грозы.
— Ого! — мелькнула мысль. — Это серьезнее, чем я думал!
Серебристый вихрь становился все плотнее и ярче, Фырка в этом сиянии уже не было видно. Я чувствовал, как что-то уходит из меня — не Искра, нет.
Что-то гораздо более глубокое, фундаментальное. Теплая, живая волна, исходящая откуда-то из самого центра моего существа.
Жизненная сила.
Я понял это с ледяным спокойствием.
Он не шутил. Он говорил правду.
Постепенно серебристый вихрь начал утихать.
Ослепительное синее свечение камня померкло, сменившись ровным, глубоким внутренним пульсированием. Фырк плавно опустился мне на плечо. Но это был уже другой Фырк.
