Из-за чего убили Борисову? Она что-то знала. И работала она тоже в больнице.
Я остановился посреди темной, пустой улицы. Вот оно.
Я все это время смотрел на ситуацию неправильно. Я видел больницу как сцену, на которой разворачиваются события. А что, если она не сцена? Что, если она — приз?
Или источник? Все эти схемы, подставы, убийства — это лишь симптомы. А сама болезнь, ее источник, находится где-то внутри стен больницы.
Нужно найти, что именно, — мысль была холодной и ясной, как лезвие скальпеля. У меня появилась рабочая гипотеза.
А значит, появился и план.
— Могу пошпионить! — обрадовался Фырк. — Полетаю по больнице, послушаю разговоры! Залезу в кабинет главврача, почитаю секретные бумажки!
— Нет. Пока рано. Сначала разберемся с Мкртчяном. У меня есть план.
Я должен был действовать. Но атаковать Архивариуса в лоб — все равно что пытаться вырезать опухоль мозга кухонным ножом. Он — тень, фантом.
У меня нет ни одной зацепки, кроме туманного прозвища.
Но Мкртчян… Мкртчян был реален.
Он был осязаемой, понятной целью. И он совершил ошибку. Он оставил след — моего избитого до полусмерти друга.
— Да, двуногий. Там все в ажуре, — заверил меня Фырк. — Завтра ты увидишь результат проделанной мной работы.
Глава 18
— Точно завтра будет? Ничего не сорвется? — мысленно спросил я.
— Конечно! — Фырк важно расправил невидимые для всех усики, сидя на моем плече. — Я же профессионал!
Просто и гениально. Не яд, не магия. Обычная, но очень сильная, почти казуистическая аллергия на редкое растение.
Никто ничего не докажет. Идеальное преступление без следов.
— Тогда надо вызвать кавалерию, — решил я.
План хорош, но без официального прикрытия он может обернуться против меня. Нужен свидетель. Честный, неподкупный и, что важно, с официальными полномочиями. Я вспомнил про того самого сержанта из Владимира, который проявил себя в истории с фон Штальбергом.
Я достал из кармана телефон.
— Кого будем звать? Спецназ? Омон? Армию бурундуков-ниндзя? — с азартом прокомментировал Фырк.
Я набрал номер, который сохранил тогда в Владимире. Я ставлю на этого человека. Надеюсь, интуиция меня не подведет. Пошли длинные гудки, потом знакомый, чуть уставший голос:
— Сержант Лисовский слушает.
— Добрый вечер, сержант. Это лекарь Разумовский из Мурома. Помните меня?
— Господин лекарь! — голос на том конце провода мгновенно потеплел. — Конечно помню. Вы же помогли проучить этого малолетнего ублюдка, сына барона фон Штальберга.
