Четверо музыкантов достаточно профессионально наигрывали танцевальные мелодии.
Метрдотель подвел их к столику. Тут же принесли шампанское. Петтерсон сказал метрдотелю, что пригласит его немного позже.
Оставшись наедине, они посмотрели друг на друга, но Шейла тут же отвела взгляд и осмотрела зал.
— А здесь мило… И оркестр на уровне.
Петтерсона совершенно не интересовал оркестр. Он буквально пожирал глазами Шейлу.
— Как дела? — спросил он. — Ты довольна?
Она кивнула.
— Да, спасибо. Миссис Морели-Джонсон чудесная женщина.
Она мне очень понравилась.
— Да… очень эксцентричная старая леди. Но настроение ее меняется совершенно неожиданно, так что ты должна быть постоянно начеку… Иногда она бывает совершенно невыносимой.
Шейла сделала глоток из бокала, не глядя на него.
— Но ведь большинство людей поступает подобным образом. — Она быстро глянула на Петтерсона. — Что касается меня, то я слишком мало знаю ее, чтобы делать какие-то выводы.
— Да, — Петтерсон обворожительно улыбнулся. — Я просто хотел предупредить тебя.
К тому же я знаю признаки. Если у нее неважное настроение, она гремит браслетами и тихо напевает под нос. Так вот, в эти минуты тебе лучше не противоречить ей и во всем соглашаться.
Шейла кивнула, вертя в пальцах бокал с шампанским.
— Спасибо.
Он откинулся на спинку кресла, довольный и уверенный в себе.
— Я знаю ее уже четыре года и всегда умел ладить с ней… Даже в минуты самого дурного настроения.
Шейла отпила еще глоток, прежде чем сказать:
— Да, но она же влюблена в тебя.
Петтерсон удивленно глянул на нее. Но когда он увидел, что она просто констатирует факт, провел рукой по своим тщательно причесанным волосам и мягко улыбнулся.
— Ну, не в прямом смысле, конечно. Но это можно сказать и так, — согласился он. — Если бы она была на двадцать лет моложе, мне надо было бы быть очень осторожным. — И он рассмеялся.
Последовала неловкая пауза, затем Шейла продолжала:
— Но ты, конечно, неотразим в отношениях с женщинами.
Петтерсон расслабился.
Такая реплика из ее уст немало стоит. Он знал, что нравится женщинам. Но Шейла была первой, кто прямо сказал об этом. Он допил шампанское и натянуто улыбнулся.
— Может быть, для большинства женщин… но не для тебя.
Она глянула через его плечо на кружащиеся на площадке пары."
"— Почему ты так решил?
Поигрывая вилкой, он сказал, пытаясь придать голосу равнодушный тон:
— Я чувствую, как между нами возник какой-то барьер… ты ведешь себя, словно на светском приеме.
