.
Он включил рацию.
— Бауманн? Вы меня слышите?
— Шерман на связи, — послышался голос. — Как там дела?
— Все, что надо, я снял. Я хочу отсюда выбраться. Что там у вас?
— Я проезжал мимо с час назад. У ворот два охранника, и они держат под контролем всю стену. Тебе придется дождаться темноты.
— Это очень важно. У меня тут динамит на ленте.
— Ничего нельзя поделать. Надо ждать.
— Ладно, — сдался Кейд и отключил связь.
Он посмотрел на террасу.
Харденбург катил кресло с Дусловским назад, в замок. За ними следовала Анита с папкой в руке.
Застекленная дверь закрылась, и терраса опустела.
Кейд принялся приводить снаряжение в транспортное состояние, упаковывая отдельные части в рюкзак. В частности, отвязал, разобрал и упаковал треногу. Работа помогала занять мысли.
Он не имел понятия, что американский консул будет делать со снимками, но был уверен, что должен доставить снимки именно ему, и был твердо намерен это сделать.
Закончив, он прислонился к стволу, расслабился и стал ждать темноты.
Чуть позже 17.
15 начал падать снег, стало очень холодно. В лесу сгущалась темнота, расползалась по сторонам, и замок постепенно терялся, растворялся в ней, если не считать трех-четырех светящихся окон.
Все долгое и холодное время ожидания Кейд наблюдал за охранниками: как они обходили замок, как временами сближались, переговаривались и вновь расходились, внимательные и настороженные.
Когда достаточно стемнело, Кейд включил рацию.
— Бауманн?
— Слышу тебя, — сказал Бауманн. — Все в порядке, мы выезжаем.
Найдешь тот участок стены, где мы перелезали?
— Попытаюсь. В темноте все выглядит одинаково.
— Что-нибудь надыбал?
— Даже больше, чем мы ожидали, — ответил Кейд. — Помигай фарами, когда подъедете. Я по ним сориентируюсь.
— Что ты хочешь сказать… «больше, чем мы ожидали»? — поинтересовался Бауманн.
— Ты тратишь время. Вытащите меня отсюда!
Кейд отключил рацию.
Он начал опускать вниз оборудование. Это оказалось нелегким делом — мешали густо растущие ветви, веревка путалась и застревала, но под конец рюкзак мягко опустился на снег под деревом.
Тогда стал спускаться сам Кейд. Он чувствовал слабость, руки тряслись, несколько раз ему приходилось останавливаться, чтобы набраться сил. Но вот он ощутил твердую почву под ногами. Кейд поднял рюкзак и долго стоял неподвижно, вслушиваясь. Кроме шума ветра в ветвях деревьев, ничего слышно не было. Кейд смутно представлял себе направление, куда надо двигаться, чтобы выйти к нужному участку стены.
