— Почему старая леди не умерла? Что случилось? Что сказать ей? Если он не позвонит ей, она позвонит Фэллоузу! А уж он моментально принесет ей завещание в клюве! Ничего не делать!» — Петтерсон был в панике. В этот момент зазвонил телефон. Он уставился на телефон, словно это была змея, затем снял трубку.
— Миссис Морели-Джо неон, — сказала Вера. — Соединить?
Мурашки пробежали по его коже. Сказать Вере, чтобы она сказала, что его нет? Пусть она скажет, что он заболел? Но в таком случае она тут же позвонит Фэллоузу, и тот тут же доставит ей завещание.
Как же выиграть время?
— Соедини! — он сел в кресло.
— Крис? — голос миссис Морели-Джонсон показался ему даже более резким, чем обычно.
— Доброе утро, миссис Морели-Джонсон. Как ваши дела?
— К чему все это! Бог мой! — Он услышал, что старая леди пребывает в очень дурном настроении. — Я жду! Вы сказали, что принесете мне завещание утром! Уже 11.30! И до сих пор у меня нет завещания!
«Да, он довел ее до белого каления. А может быть, поговорить с ней таким же тоном? Другой альтернативы нет!»
— Извините, — сказал он, и в голосе его звучал металл.
— Насколько я понял, вы сказали, что это не так срочно. Я принимал участие в экстренном заседании. А, как вы понимаете, лишь присутствуя на подобного рода заседаниях, я могу повышать ваше благосостояние.
«Как она отреагирует на такой тон?» — подумал он, вытирая пот.
— Когда я прошу о чем-либо, я надеюсь, что это будет выполнено. — Петтерсон уловил, что ее тон стал несколько менее агрессивным.
— О, конечно, я стараюсь делать все как можно лучше, миссис Морели-Джонсон. — Петтерсон усиливал давление. — Если бы вы посидели за моим столом, то смогли бы меня понять. Вы, разумеется, являетесь самой важной моей клиенткой, но кроме вас имеются и другие люди. Вы можете сердиться, но я не могу уделять все свое время лишь вам, даже если я и делаю это с радостью.
Продолжительная пауза, затем она сказала несколько мягче:
— Я понимаю, что я всего лишь привередливая старуха.
Я слишком многого требую от вас. Мое завещание не относится к вашей компетенции, Крис, я даже не знаю, почему я решила обратиться именно к вам. Работайте, Крис, я обращусь к мистеру Фэллоузу.
У Петтерсона кровь застыла в жилах.
— Я не могу этого допустить. Это моя привилегия заботиться о вас. Могу я приехать к вам в три часа после полудня? Тем более, что мне показалось, что вы на меня в обиде. Я не могу это оставить. Я приеду к вам и все объясню.
