— И как вообще можно было додуматься английский валить? — нахмурился Дам, негласно становясь на сторону Стаса, чем порядком меня разозлил.
— Да я что, специально?! — всплеснул руками. — Англичанка сама там себе что-то в голову вбила и теперь требует отца в школу.
— Ну-ну, — съехидничал Стасик. — Это она сама по себе возжелала видеть нашего батю, — и, нервно сплюнув себе под ноги, негодующе воскликнул: — Да нафиг он ей вообще сдался?!
— Ты у меня спрашиваешь?! — завёлся ему в тон. — Говорит, что я ни хрена не знаю…
— Ха, — фыркнул Дам, предпочитавший по большей части хранить молчание.
— Позор на всю нашу семью, — покачал головой Стас, — если уж ты английский не знаешь, то я китайская балерина.
— А что, похож! — засмеялся Бероев, после чего пояснил: — А по-моему, она просто решила с нас бабки срубить.
— Вариант, — согласился с ним брат, — только пусть учитывает, что с нашего папы ей вряд ли что-нибудь получится поиметь, — и выразительно глянул на меня.
— Я-то тут при чём? Можно подумать, эту схему я ей предложил!
— Кто тебя знает!
— А по-моему, она просто идиотка.
Так нелепо валит, ещё и Соне пару влепила!
— Ну раз Соне, — иронично заметил Стас, вызывая во мне жгучее желание огреть его чем-нибудь тяжёлым по голове. — То да, полный беспредел.
Зло глянул на этого недоделанного комедианта, за что тут же был награждён многозначительной улыбкой.
Разгореться новому скандалу, как всегда, не дал Дамир, напомнивший нам о том, что пора идти в школу.
***
На самом деле я волновался. И не только из-за родителей.
Слова, брошенные мною Соне, никак не шли из головы. Я бы даже, наверное, признался в этом сам, если бы в дело не вмешались братья с их вечными нравоучениями.
Не буду говорить, что поступил бы иначе, будь такая возможность. Девчонки, они же такое… трепло. Кто знает, что они там между собой обсуждают. Корил себя за излишнюю открытость, вот молчал бы с самого начала и не нужно было бы опасаться, что кто-нибудь проговорится Инночке… тьфу… Инне Алексеевне. Но перед Романовой вдруг сделалось стыдно.
"
"«Извинюсь», — решил для себя. В конце концов, должна же она понять мои волнения!
Именно с таким настроем я вошёл в класс биологии. Сонькина парта была пуста.
***
Уроки отсидел как на иголках, каждые пять минут проверяя телефон, нет ли там каких-либо новостей. А ещё взгляд сам собой натыкался на пустующий стул соседней парты.
Елисеев сегодня раздражал как никогда: постоянной болтовнёй и непрекращающимся ёрзаньем на стуле. А ещё от него воняло.