– Будешь тут с тобой здравствовать, у меня, можно сказать, чуть инфаркт не приключился после звонка какого-то подполковника. Объясни, Вероника, что все это значит?
– Мою машину хотели взорвать, – все таким же спокойным тоном ответила она.
– Что значит – взорвать? Надеюсь, этих хулиганов поймали? Небось мальчишки какие-нибудь в террористов играли? Объясни, наконец, в чем дело?
– Тебе все объяснят в кабинете следователя, а мне не о чем с тобой говорить, – устало бросила она.
– Хватит, Вероника, твои амбиции совершенно неуместны в данной ситуации.
Я хочу знать все заранее. Что я должен говорить в том самом кабинете?
– А что это ты так разволновался, Коленька? – ехидно спросила Ника. – Может, это твоих рук дело? Ведь в первую очередь подозрение падет на тебя, если я расскажу о нашем с тобой разводе и последующем разговоре про фирму.
– Ты что, совсем там с катушек съехала, идиотка несчастная? – завизжал Николай с такой силой, что у Ники чуть не лопнули барабанные перепонки.
– Не ори на меня и не смей называть идиоткой, не то очень об этом пожалеешь, – зло выпалила она.
– Сиди дома, я немедленно выезжаю, – уже почти миролюбиво пробормотал Николай и положил трубку.
Ника посмотрела на телефон и захохотала.
– Надо же, как его скрючило, небось на унитазе не один час просидел. Дуся, пойдем кушать. Дуська, ты куда подевалась?
Собаки нигде не было, и Вероника вышла во двор.
– Дуся, Дуся, иди домой, кушать пора! Я тебе положила твои любимые собачьи лакомства.
– И тихонько проворчала: – «Педик» называются, это надо же было такое название придумать.
Собака никак не отреагировала на зов своей хозяйки и не появлялась еще минут сорок. Потом Вероника услышала, как она скулит под дверью, и пошла открывать. Только она открыла рот, чтобы сказать Дуське все, что о ней думает, как тут же его захлопнула. Глаза моментально полезли на лоб, и секунду спустя Вероника завизжала как поросенок и с проворством обезьяны запрыгнула на стол, который стоял на террасе.
Клацая зубами, Ника обратилась к болонке:
– Дуся, зачем ты притащила в дом крысу, да еще живую? Я же до смерти боюсь грызунов.
Болонка посмотрела на хозяйку преданными глазами и, положив крысеныша на пол, начала его облизывать.
– Что ты делаешь? – заорала Ника. – Прекрати сейчас же, ты подхватишь какую-нибудь заразу. – Потом, чуть не плача, взмолилась: – Дусенька, девочка моя, отнеси, пожалуйста, это туда, где взяла.
