Нет, силыто у нее немерено да и голова ясная, а вот осторожности ни на бронзовку! Пропадет без догляда! Сестренка младшая у меня такая же шустрая была.
– Была? – както напряженно уточнил вор.
– Ну да, как замуж вышла, так, хвала Творцу, не до шалостей стало, хозяйство, детишки, такие же шкодники, спасу нет, все в нее, – довольно пояснил Кейр. – А будь она магевой, я б ночей не спал, гадая, в какую историю влипнуть может, каких чар натворить. Кто знает, чего твоя Оса завтра найдет или кто найдет ее… Так что ложиська спать, силы нам завтра понадобятся!
– А ты?
– Посижу еще чуток – и на боковую, – прозаично ответил телохранитель, вовсе не собираясь нести ночной дозор.
– Ладно. Спасибо тебе, Кейр, – умиротворенно вздохнул исповедавшийся и оттого ощущавший необычайную душевную легкость вор.
Лакс поерзал, улегся, бесшумно засопел. Через некоторое время я услышала, как укладывается воин, а сама все пялилась в ночь широко распахнутыми глазами, сердце почемуто то отбивало ликующую дробь, то сладко замирало, наполняя тело истомой.
Я с детства знаю, подслушивать нехорошо, но, черт возьми, как же интересно! Это настолько приятно – знать, что в тебя влюбились! Так и уплыла в сон, перебирая то один, то другой обрывок из разговора мужчин и наслаждаясь.
Проснулась утром от будничного звучного чавканья. Пробудившийся раньше Дэлькор, не сходя с места, щипал траву в паре десятков сантиметров от моего уха. Почемуто именно там она показалась жеребцу самой аппетитной. Хорошо хоть лизаться не полез, изверг.
Я села, потрясла головой, пытаясь вытрясти хруст травы, засевший гдето внутри среднего уха, и потянулась. Кейр с Лаксом уже были на ногах, вернее, сидели и завтракали. Фаль, разумеется, метался от одного мужчины к другому, выбирая, у кого еда повкуснее, и, хоть ели компаньоны одно и то же, бедняга не мог определиться.
– Ясное утро, Оса, пчелки ночью в кошмарах не мучили? – с такой веселой беспечностью подмигнул Лакс, что я даже усомнилась в реальности подслушанного разговора.
Разве может влюбленный парень так подкалывать?
– Как спалось? – поинтересовался Кейр, методично нарезая ветчину. То ли мужчина подозревал меня в лунатизме, то ли просто поддерживал беседу. Строгая сосредоточенность его лица могла быть вызвана как недоверием ко мне, так и стремлением покромсать мясо на ровные ломтики без предварительной разметки с помощью насечек, одновременно оберегая еду от невидимого сильфа, пытающегося утянуть больше отмеренной ему доли.