Теперь он, хоть и сообщал о потенциальной скуке путешествия, старался заинтересовать меня намеками на какието давнымдавно исчезнувшие опасности, будто бы при моем появлении они все должны были повылазить на белый свет исключительно для увеселения магевы или ее устрашения. Вот они, мужчины! Шовинисты! Скорее всего хитрецы условились о нашем маршруте заранее, может быть, даже не сейчас, прогуливаясь, а еще в Патере.
– А Мидан? – уяснив вопрос с трактом, спросила я. – Говорите уж честно, заговорщики! Приглашаете меня туда только потому, что Кольра вслед не потащится, а его присным в башку не взбредет, будто я туда рванула?"
"– И это тоже, – серьезно кивнул Кейр, довольный моими разумными рассуждениями, упрямо отказываясь при этом видеть иронический подтекст.
Вообщето телохранитель, как я уже успела убедиться, обладал поразительным житейской хваткой, весьма способствующей выживанию: замечать все, что нужно ему, и игнорировать прочие факторы, нарушающие душевное равновесие. – Мидан под рукой Валира, союзника Агнуса, границы меж государствами свободные, но все ж другая страна, как в своей – не пошалишь.
Городок небольшой, но красивый, богатый и веселый. Балаганщики его любят.
– Поехали, – обреченно согласилась я, с детства ненавидящая ароматы цирка и любительский театр. Однако же, проявляя послушание, первая направила Дэлькора на дорогу. Телохранитель обогнал меня и двинулся вперед.
Фаль, не стерпев такой наглости – человек вздумал опередить нас и в первую очередь его – рванулся ввысь и полетел во главе процессии.
Мой конь собрался было последовать за сильфом, но я заметила:
– Не спеши, Дэлькор. Кейру положено двигаться первым, чтобы отводить от нас с тобой все опасности.
Эльфийский выкормыш покосился на меня карим хитрым глазом, презрительно проржал чтото матерное, дескать, куда этому человеку в калашный ряд супротив могучей эльфийской конницы в его копытном лице, но обгонять Кейра не стал.
– Согласна, – мстительно ухмыльнулась я. – Ты лучший, но наш телохранитель получает деньги за то, чтобы окружающие считали самым воинственным и грозным именно его, не будем ущемлять мужское достоинство секьюрити.
Лакс, прислушивавшийся к нашему диалогу с Дэлькором, насмешливо фыркнул, но сам вперед вырываться тоже не стал, предпочел место рядом со мной. Впрочем, очень скоро это место оказалось местом позади. И вовсе не потому, что мы неожиданно поругались с вором вусмерть, обсуждая проблему первичности материи и сознания.