Меня же начали беспокоить мрачные мысли.
— Что будет, когда я умру? — в какой-то из дней прямо спросила я Кианга, заставив его вздрогнуть от неожиданности.
— Для меня это станет огромной потерей, — после непродолжительной паузы совершенно серьёзно ответил он. — Однако я тешу себя эгоистичной надеждой, что именно тебе придётся проводить меня в последний путь.
От такого заявления я даже растерялась.
— Что значит, мне придётся тебя проводить? — я требовательно посмотрела в глаза возлюбленному. — Ты ведь, вроде как, демон.
Разве ты не бессмертен?
— Во-первых, я демон лишь наполовину. А во-вторых, даже чистокровные змеедемоны не бессмертны и по продолжительности жизни практически не отличаются от людей.
Это известие меня окончательно успокоило. Мне совершенно не хотелось ни повторять судьбу Алины, ни оставлять любимого мужчину одного коротать вечность."
"Правда сразу после этого возникла другая проблема — Бао. Ведь если мы с Киангом смертны, то наш малыш — нет. Он уже, фактически, мёртв.
А значит останется на этой земле даже после того, как нас не станет.
— Не вижу в этом особой проблемы, — презрительно бросила Кэйлаш, как только я поделилась с ней своими переживаниями. — Этот мелкий демон души в тебе не чает и называет матерью. Всё, что от тебя требуется — заставить его в той же степени привязаться к кому-то ещё. Ну, помимо Кианга.
— Например?
— Роди ему младшую сестрёнку или братика и поручи о них заботиться, уверена, он охотно исполнит это задание. А когда твой малыш вырастет и обзаведётся своей семьёй, поручит то же самое уже в отношении кого-то из своих детей.
Таким образом, Бао станет кем-то навроде духа-хранителя и никогда больше не будет один.
Мне эта идея понравилась, да и Кианг её поддержал. Так что теперь оставалось лишь дождаться знаменательного события, тем более что на вопрос, не хочет ли он братика или сестричку, Бао ответил уверенное: «Очень хочу».
Только вот, несмотря на все наши с Киангом старания, первым аист прилетел не к нам, а к Селуне, на исходе третьего года нашего пребывания в драконьем замке приславшей письмо, в котором сообщила, что возвращается наконец-то к отцу, потому что тот скоро станет дедушкой, а её малыш обязан родиться в законном браке.
— Ты готова? — в комнату вошёл Кианг, облачённый в роскошный тёмно-синий сюртук, богато украшенный серебристым узором, напоминающим облака.
— Да, — с улыбкой ответила я, вгоняя в причёску последнюю шпильку. — Можем идти.
