— Этот замок построил ещё мой дед две тысячи лет назад. Именно он носил имя Кэйлаш. А потом пал от рук рыцаря, возжелавшего принести голову дракона в качестве свадебного подарка своей избраннице. — Кэй криво усмехнулась, достаточно ловко нарезая аккуратными кубиками почищенные мною овощи. — Сам рыцарь, к слову, выжить тоже не сумел. И мой отец — тогда ещё желторотый подросток, — решил создать легенду о жутком, неубиваемом драконе, готовом уничтожить любого, кто позарится на его сокровища. Поэтому отец отказался от имени, данном ему при рождении, и стал называть себя Кэйлаш.
После того, как его не стало, я решила поддержать эту легенду.
— Я думала, драконы бессмертны, — осторожно заметила я.
— Всё, что когда-то было рождено, однажды умрёт, — возразила Кэйлаш. — Да, драконы живут очень долго — в среднем около двух тысяч лет. Однако так же, как и люди, мы взрослеем, потом стареем и однажды умираем. Правда, стараниями всё тех же людей, особенно колдунов, дожить до преклонных лет удаётся очень немногим.
Моему отцу, к примеру, едва перевалило за тысячу, когда его схватили маги и чуть ли не на моих глазах разделали на ингредиенты для зелий, — взгляд Кэйлаш заострился, а в голосе послышались металлические нотки. — По человеческим меркам ему было около тридцати лет — смехотворный возраст.
— А вам? — у меня сердце болезненно сжалось от осознания причин столь недоброжелательного отношения Кэйлаш к людям.
— Триста сорок, — равнодушно ответила та.
Я примерно прикинула в уме и ужаснулась: если переводить на человеческий возраст, нынешней хозяйке замка было чуть больше десяти лет, когда она стала сиротой.
— А ваша мать?
— Дракайны в большинстве своём умирают, производя потомство на свет, — голос Кэйлаш звучал ровно, словно она ничего не испытывала по этому поводу. Или хорошо скрывала собственные чувства. — Процесс зачатия происходит исключительно в драконьем обличье, и, как следствие, яйца имеют достаточно большой размер. Всю беременность дракайна проводит в драконьей ипостаси.
Однако ближе к родам гормональный и эмоциональный фон будущей мамочки становится нестабильным, и она может непроизвольно перекинуться в человеческую форму, что непременно будет стоить ей жизни — яйца повредят внутренние органы, и вытаскивать их придётся уже из хладного трупа.
Меня всю передёрнуло от этой информации. Я не хотела даже представлять, что в этот момент испытывает женщина, когда собственные нерождённые дети фактически разрывают её изнутри.
