– Для этого не нужно было аж сюда за нами ехать. Можно было и в городе стрелять, и за городом. Да и на ночлег мы вставали не таясь.
– А как бы стрелок тогда ушёл? Степь, она как стол. В ней любого далеко видно. Да и выстрелить так, чтобы никого стороннего не зацепить, это уметь надо, а из каторжных стрелки аховые. Им кистени да ножи ближе, – не унимался парень. – Ежели только браконьер какой бывший в ватагу не затесался.
– А ведь верно рассуждает казачок, – снова оживился штабс-капитан.
– Верно-то, может, и верно. Только откуда он всё это знает? – всё так же зло ответил подполковник, явно начиная сомневаться.
– Земля слухом полнится, – ехидно усмехнулся Матвей в ответ. – Средь казаков прежде и каторжные бывали.
– Верно, бывало такое, – неожиданно поддержал его Лукич.
– Выходит, пока вы тут лясы точите, убийца уже и удрать успел? – неожиданно сменил вектор обвинений жандарм.
– Так это не в нас стреляли, – пожал плечами Лукич. – Да и со службой вашей казачий круг не уговаривался. Хотите службы, к атаману ступайте, пишите бумагу, чтоб всё честь по чести было.
– Ладно. Поехали отсюда, – мрачно приказал подполковник, сообразив, что силой тут ничего не добьёшься.
* * *Растолкав текущие дела, Григорий волевым решением начал ковку булатного оружия. Очень скоро они с Матвеем выработали себе схему, по которой они начали работать. На кинжал уходила в среднем неделя, на шашку – полторы. И это только в том случае, когда все подготовительные работы уже проведены. То есть только проковка и закалка. По уговору они решили сначала изготовить по десятку голых клинков и только после заниматься оформлением.
В смысле рукоятями и ножнами.
Зима уже начала вступать в свои права, так что заказов от соседей было мало. К тому же Григорий успел до распутицы заказать подводу угля, и теперь они с парнем занимались только оружием. Кузнецы успели изготовить уже три кинжала, когда на пороге кузни вдруг появилась тонкая девичья фигурка. Краем глаза заметив какое-то движение в дверях, Матвей с силой опустил молот в указанное отцом место и, поднимая его, оглянулся.
Стоявшая в дверях девушка, чуть улыбнувшись, потупилась и, робко шагнув вперёд, негромко спросила:
– Дядька Григорий, спросить дозволишь?
– Погоди, Катерина, проковку закончим и погуторим, – мотнул кузнец чубом, ударяя молотком в нужное место.
Засмотревшись на девушку, Матвей чуть по наковальне не промахнулся. Взяв себя в руки, парень с силой изменил траекторию удара и всё-таки сумел попасть туда, куда было нужно.
