В этом кошмаре она наклонялась над бидончиком с ягодами, принесенным бабушкой из леса – наклонялась, уже зная, что ждет ее под ласковый говорок бабушки, – и все равно прыжок крысы из бидончика был для нее неожиданным. Крыса вцеплялась ей в лицо, а как только Рита начинала кричать, ругалась голосом Алексея Ивановича. Девочка отрывала ее от себя, отбрасывала в сторону, но вместо крысы появлялся Алексей Иванович, укоризненно качавший головой и подманивавший ее к клетке. В клетке сидела кукла Женевьева, и Рита во сне понимала, что нельзя протягивать туда руку, и все-таки не могла удержаться, и кошмар повторялся заново – теперь с куклой.
"
"В середине ночи она проснулась от собственного крика, прибежала мама и унесла дрожащую дочь к себе в кровать. Утром, потрогав ее лоб, она ахнула и схватилась за градусник; семь минут спустя он показал тридцать девять и четыре. Рита заболела.
Выздоровела она лишь спустя три недели, но крысы навсегда стали ее кошмаром. При виде грызунов ее начинала бить непроизвольная дрожь, и как ни старалась Рита преодолеть ужас, у нее ничего не получалось.
В конце концов она смирилась с причудой своей психики, и, зная за собой такую особенность, избегала любых выставок, где могли быть грызуны, а гуляя по вечерам, старательно отводила взгляд от грузовиков за продуктовым магазином, под которым копошились крупные серые твари, и ускоряла шаг.
Утром, после того, как взволнованный Сеня уехал на встречу с Крапивиным, она отправилась по обычному маршруту – на рынок за свежим творогом к знакомой торговке, затем в магазин за булочкой, потом домой, предвкушая традиционный завтрак с творогом и свежей выпечкой.
В подъезд за Ритой проскользнул чернявый мальчишка лет двенадцати, в последний момент придержав рукой уже закрывавшуюся дверь. Они встали возле лифта, и Рита приветливо кивнула ему. Мальчишка растянул губы в улыбке, но глаза у него были настороженные, очень внимательные.
В руках у парнишки был перепачканный портфель, порванный в нескольких местах.
Славный мальчик, подумала Рита, только непонятно, почему у него взрослый портфель, и такой драный... Как будто он его на помойке нашел. Она не видела раньше этого подростка в своем подъезде, но рассудила, что жителей много, и к кому-то из них вполне мог приехать племянник или внук.
Лифт открылся, но мальчик выжидательно смотрел на Риту, и она, улыбнувшись его вежливости, вошла в кабину.
