Муж мой пахал на него с утра до ночи, а денег-то за это начальник ему платил не так чтобы много! Решил, раз Володя ему обязан, так теперь можно им как угодно вертеть, всю работу на него взваливать. А Володька-то мой дурак дураком, так во всем его и слушался. Уважал его не пойми за что. Тьфу, идиот!
– Вы знаете, почему он сбежал? – осторожно спросил Макар.
– Чего тут не знать, – с горечью ответила Анна Леонидовна, закуривая новую сигарету. – Кобель он, как и ваш Силотский, чуть красивую бабу увидит – обо всем забывает.
И про детей родных забывает, и про меня, хоть я ему их в муках рожала... – Она всхлипнула, утерла слезы платком. – Думаете, я всегда такая толстая была? Не-ет! Это с ним пожила, детей ему, гаду, нарожала, воспитывала их, поила-кормила, пока он по бабам своим шлялся, вот и растеряла красоту-то.
В комнату просунулись две любопытные мальчишеские мордашки. Анна Леонидовна изобразила улыбку, фальшивость которой почувствовал бы даже слепой удав.
– Иммануил, Серафим, познакомьтесь с дядей, – позвала она детей.
С опаской поглядывая на нее, мальчики зашли в гостиную. Макар хмыкнул про себя, услышав их имена.
– Хорошие у меня детки, бог не обидел, – с тем же фальшивым выражением продолжала Качкова. – Ну все, поздоровались – а теперь идите.
– Мам, можно я фильм посмотрю? – спросил старший, лет десяти, с ясными карими глазами и хитрой мордашкой.
– Можно, Има, можно.
Дети попятились, выскользнули из дверей, потом в коридоре раздалось шуршание и короткий торжествующий вопль.
– Их-то он и бросил, подлец.
Ничего, вернется. Он всегда возвращается, кобелюга эдакая.
В квартире жены Качкова Макар провел два часа, пока ее сыновья смотрели фильм про человека-паука. Анна Леонидовна надолго задерживала на Илюшине взгляд, многообещающе улыбалась, тянула вверх красноватый подбородок, чтобы не было видно морщин на поплывшей шее. Отъезд супруга без предупреждения и в самом деле был для нее привычным делом – по ее словам, раз в году Владимир «уходил в новую жизнь». Но всегда возвращался.
– Да куда он от меня денется! – откровенно засмеялась она в ответ на недоумение Макара. – Я не работаю, детей кормить надо, за все платить... А он, Володька, человек порядочный, хоть и ходок. Да и давно мы с ним, поганцем, живем – уже сроднились. Я знаю про его баб, а он знает, что я знаю. Ну, не выдерживает у него душа, срывается он с насиженного места – и что ж с того? Многие мужики в запой уходят, так оно еще и похуже будет! А про наркоманов и говорить нечего.
