– Да, мы знаем, – сказал Бабкин, собравшись уходить, но Макар отчего-то стоял на месте, слушая болтливую старуху.
– А ведь я здесь была, – снизив голос до шепота, проговорила женщина. – В ту ночь, когда Коленька-то с собой покончил! Джерри, пакостник, снова на улицу запросился, вот я и вышла. Смотрю – у Чешкиных свет горит, у одних на весь подъезд. Поздно уж было, да... Свет горит, окна распахнуты, а за окнами – человек. Ну, я-то Колю сразу узнала, помахала ему рукой. Тут он отошел, свет погасил, вернулся. Постоял рядом с окном, потом перевесился, закричал да упал.
Она мелко перекрестилась три раза.
– Я к нему бросилась, да только за десять шагов было ясно, что он не живой. Ох, страх божий, страх божий... Хотя, сказать по правде, испугалась я, уже когда тело его увидела. А когда Коля падал – нет, не испугалась. Я словно знала, что он сейчас упадет. Ангел он был, просто ангел, – почти дословно повторила она слова самого Чешкина. – Батюшка в церкви объяснял, что про самоубийц так не говорят, но что ж поделаешь, если я своими глазами видела, как его душа ангельская от тела отделилась и исчезла! Как решил Коленька прыгать, так она его тело и покинула.
Сколько его помню, хороший он был парнишка, хоть и со странностями, весь в деда – такой же доброй души человек. И сестренка у него хорошая, помогала мне ветеринара искать, когда Джерри прихрамывать стал. Ой, до чего же жалко их – слов нет! А с другой стороны, как подумаешь, так и решишь: может, оно и к лучшему. Не судьба ему была долго жить, Коленьке-то.
..
* * *Садясь в машину, Бабкин не выдержал и поинтересовался:
– Скажи мне, Макар, зачем мы потратили столько времени на эту семью? Ты хотел удостовериться, что они никак не связаны с Качковым? Тогда почему не задал о нем ни одного вопроса? Зачем мы вообще приезжали к Чешкину?
– Мой нетерпеливый друг, я искал ответ на один очень серьезный вопрос, без которого не мог двигаться дальше. Качков здесь почти ни при чем. Но только почти.
– И что же – нашел?
– Представь себе, нашел. Вся эта часть истории мне полностью ясна, мой любопытный друг, за исключением пары деталей, которые мы выясним чуть позднее.
Сергей недоверчиво взглянул на Макара, но тот усмехнулся и качнул головой, показывая, что не шутит. Он снова замотал шею шарфом до самого подбородка, и Бабкин ощутил желание слегка придушить напарника, затянув полосатые концы, чтобы сбить с него спесь и добиться правдивого ответа. «Бесполезно. Он и под дулом пистолета не станет ничего рассказывать».
