Несколько таких волокон я нашёл в окне. Однако за один раз верёвка не могла так перетереться. Значит, ею пользовались не один раз, – ответил шериф, сунув верёвку под нос сутенёру.
– Да какая разница, сколько раз ею пользовались, этой верёвкой?! – взвыл тот. – Меня сейчас интересует, где морская мутка!
– Идиот, – презрительно бросил в ответ шериф, – если верёвкой пользовались несколько раз, значит, ей помогал кто-то, кто живёт в городе.
– Шериф, у Кривого Майка есть пара отличных ищеек. Он ведь охотник, – неожиданно сказал один из охранников.
– Чёрт, а ведь это идея! – удивлённо воскликнул шериф. – Молодец парень! Первая толковая мысль за всё это проклятое утро.
Круто развернувшись, шериф решительно зашагал в сторону мастерских. Именно там жил Кривой Майк, зарабатывавший себе на жизнь охотой и выделкой кож и шкур. Дойдя до нужной мастерской, шериф решительно постучал в двери и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь, тут же скривившись от запаха киснущих шкур.
Его появление было встречено яростным лаем двух крупных поджарых ищеек.
Из соседнего помещения выглянул сам хозяин, сжимавший в руке потрёпанный, но явно ухоженный револьвер.
– В чём дело, шериф? Я вообще-то собирался отдохнуть после боёв, – недовольно проворчал Кривой Майк, подозрительно глядя на шерифа единственным глазом.
Второй глаз Майк потерял во время стычки с гремучим скорпионом. Уродливый шрам начинался где-то под волосами и, проходя через пустую глазницу и всё лицо, заканчивался под правой ключицей.
– Потом отдохнёшь, – мрачно ответил шериф.
– Нам срочно нужны твои собаки. Из борделя пропала морская шлюха. Мы нашли верёвку, по которой она выбралась из комнаты, но куда она делась потом, совершенно неясно. Я хочу, чтобы ты пустил их по следу. Иначе мы будем месяц по городу впустую рыскать.
– Понятно, – с мрачным удовлетворением проворчал Майк. – Когда мои собачки подают голос, это всем мешает, а когда возникли проблемы, так они и понадобились. Пусть этот поганец Чес сам вынюхивает следы. Мои собаки натасканы на зверя, а не на человека, – решительно закончил он.
– Майк, сейчас не время разбирать старые дрязги. Не спорю, Чес повёл себя как самый настоящий засранец, но об одолжении прошу тебя я, – устало вздохнул шериф.
История долгих споров между охотником и содержателем борделя давно уже набила шерифу оскомину. Сутенёр извёл всех своими жалобами на собак Майка, он ныл, что их лай мешает его бизнесу, беспокоя посетителей, и требовал убрать их из города.
