Сняв котелок с огня, Ли вернулся к машине и, заглянув внутрь, громко позвал:
– Эй, хватит спать. Завтрак стынет.
После третьего окрика из машины послышалась какая-то возня, и сердитый голос Джесси произнёс:
– Иногда я действительно жалею, что не смогла тебя убить. Тогда меня никто не будил бы в такую рань.
Следом за этой фразой из грузового отсека появилась злая и невыспавшаяся физиономия девушки.
С усмешкой посмотрев на неё, Ли пожал плечами и, возвращаясь к костру, небрежно ответил:
– Хорошо, в следующий раз не буду тебя будить, а просто соберусь и уеду.
– Эй! Не вздумай провернуть такую шутку! – подпрыгнула от возмущения Джесси.
– А чего ты беспокоишься? – удивился Ли. – Мотоцикл у тебя есть. Два дня пути на восток, и будешь в городе чистых. Это мне туда путь заказан: я мут. А тебя примут с радостью.
– Откуда ты знаешь про город? – растерянно спросила Джесси, от удивления даже проснувшись.
– Когда-то нас с учителем прогнали оттуда, хотя учитель был чистым, а я всего лишь мальчишкой. Жители города потребовали, чтобы он признал меня рабом или оставил в пустыне, только тогда они готовы были впустить нас.
Но учитель просто взял меня за руку и, развернувшись, ушёл. В пустыню. В никуда. От еды, от воды, от места, где он мог отдохнуть и набраться сил. Просто ушёл, – грустно закончил свой короткий рассказ Ли.
– Наверное, он был очень хорошим человеком, если не захотел бросить тебя, – задумчиво произнесла Джесси.
– Он был настоящим человеком, – тихо ответил Ли. – Знаешь, пройдя всю пустыню от края до края, он ни разу никого не убил ради поживы, даже когда страдал от голода и жажды.
Только защищаясь. Он всегда говорил: если на тебя напали, убей, но только защищая свою жизнь. Во всех остальных случаях постарайся сохранить человеку жизнь: её создал не ты, и не тебе её забирать.
– Но при этом ты убил моего отца, – криво усмехнулась Джесси.
– Вы сами не оставили мне выбора, – пожал плечами Ли. – Оставь я его в живых, и он пришёл бы снова. Он снова попытался бы захватить сектор, уничтожив всех, кто там живёт.
А ты не хуже меня знаешь, что все живущие там ещё дети.
– Хороши детишки, – скривилась Джесси, непроизвольно коснувшись ладонью затылка. – Они мне чуть череп не проломили, пока скручивали.
– Сама виновата, – усмехнулся в ответ Ли. – Твой папаша требовал принести ему мою шкуру, помнишь? Не думаю, что это была просто шутка.
– Хочешь сказать, что во всех своих бедах виноваты только мы сами? – возмущённо посмотрела на него Джесси.
