Поблагодарив его, Дуглесс направилась к дому, на ходу бормоча себе под нос:
— Ну, разумеется, «дверь на кухню»! А может, мне еще и перед кухаркой сделать книксен и спросить, не требуется ли им в услужение судомойка?! Ладно, доберусь я только до Николаса! С ним-то мы тотчас уладим кое-какие из этих небольших Проблем! Я ведь — вовсе не его конюший!
На ее стук дверь открыл какой-то мужчина и, когда она осведомилась о Николасе, впустил ее в кухню. Это было огромное помещение со всяческими новейшими приспособлениями для жарки-варки, но в центре ее располагался гигантских размеров стол, выглядевший так, как если б его поставили туда еще во времена прибытия в Англию Вильгельма Завоевателя.
Все, кто были в этот момент на кухне, бросили свои дела и вытаращились на Дуглесс.
— Я просто пройду через кухню, — промямлила она. — Мой, гм… мой наниматель, он, видите ли, нуждается во мне… — лепетала она, робко улыбаясь. Все идет так скверно, что я просто убить его готова! — думала при этом она, а потом переключилась на размышления о том, какую лекцию о равенстве полов — в соответствии с современными представлениями! — она закатит при встрече Николасу!"
"Между тем мужчина — так и не произнесший ни единого слова — повел ее в глубь дома через какие-то примыкавшие к кухне кладовые, причем все, кого они встречали по пути, тотчас бросали свои дела, таращась на Дуглесс.
«Николасу придется-таки поторопиться на собственную казнь, когда я разберусь с ним», — решила Дуглесс.
Ее провожатый, однако, нигде не задерживался, пока они не дошли до вестибюля, представлявшего собой большую, закругленной формы залу, с портретами на стенах и величественными лестницами справа и слева, ведущими наверх.
В зале стояли группкой лорд Хэарвуд, Николас и эффектно смотревшаяся леди Арабелла, и вид у них всех был такой, как если б они были закадычными друзьями. Арабелла, если только такое возможно, показалась Дуглесс еще более красивой, чем в тот момент, когда они увиделись впервые, и она прямо-таки пожирала Николаса своими прекрасными глазами!
— А, вот вы наконец-то тоже с нами! — воскликнул при виде Дуглесс Николас так, как если бы она попросту выходила подышать свежим воздухом.
— Это — моя секретарша, и она должна находиться при мне, — добавил он.
— При вас?! — переспросила Арабелла, смерив Дуглесс презрительным взглядом, и та сразу представила себе, что чувствует виноградинка, когда ее превращают в изюминку!
— Да, ей нужно предоставить помещение, — улыбаясь, пояснил Николас.