Наличие у отставного майора Арефьева карты, выполненной управлением космической разведки ГРУ, возможность так легко проникать в компьютерные сети сотовых компаний, определение местонахождения трубки – все это, конечно, было бы недоступно без мощной поддержки такой структуры, как аппарат ГРУ.
Значит, все их действия находились под контролем государственной силовой структуры. Хорошо это было или плохо? Были здесь и свои отрицательные стороны. Если какой-то человек будет нужен ГРУ для дальнейшего использования, то будь это самый главный поджигатель, ГРУ не отдаст его старшему лейтенанту Пашкованцеву.
С другой стороны, любые, даже самые резкие действия могут быть прикрыты сверху, что, конечно же, снижало риск наказания в случае провала. Но на провал Алексей и без того не рассчитывал. Он был слишком опытным офицером, чтобы позволить себе провалиться там, где расследование ведет прокуратура. Его могли бы перехитрить и вычислить другие спецслужбы.
Но прокуратуре, тем более районной, это явно не по силам…
* * *Такой вывод, однако, ничуть не поднял Алексею настроения. Но его настроению, как понимал он, долго еще будет не суждено подняться до уровня простой человеческой радости даже от чистого ясного неба и свежего утреннего воздуха. И с этим стоит уже смириться. Когда приходит какая-то радость, мысли сразу возвращаются к тому, что радость с ним никогда уже не смогут разделить ни жена, ни дочь… И радости сразу не остается места в душе…"
"Тем более, все вокруг напоминало о недавнем несчастье.
Пепелище дома так и располагалось перед глазами, и сам старший лейтенант Пашкованцев не просто не мог, он не желал от него никуда уйти. И все дополнительное приходило к нему само, усиливая боль…
Вернулись с кладбища Михаил с Геннадием.
– Все! Готово…
Мишка с силой воткнул лопату в землю и снял мокрую от пота клетчатую рубаху, поигрывая мощными, словно бы накачанными мускулами, но Алексей знал, что спортом Мишка никогда не занимался.
Просто работа в деревне сделала его таким сильным, хотя и природа, вложившая кровь в поколения, тоже свою лепту в этот организм внесла.
Геннадий свою лопату воткнул рядом с Мишкиной, но не так сильно. И чтобы лопата держалась стоймя, еще и ногой вдавил ее.
– Когда за телами-то ехать? – спросил, на Алексея не глядя.
