Он словно отгородился от него мысленной спиной, чтобы собрать мысли и правильно, четко выстроить их…
Адат… Кровная месть… Наверное, по большому счету, это плохо и глупо, и вообще попахивает средневековьем… Но когда это становится не только делом твоим личным, когда это становится, во-первых, делом наказания преступников, которых, как говорят все местные мужики, здесь, в районе, все равно не накажут, они здесь и откупятся, и отмажутся, и вообще доказать здесь никто ничего не сможет, а, во-вторых, делом защиты тех же местных мужиков от нашествия жестокой чужеродной орды, тогда адат смотрится вполне уместным.
И слово для ситуации вполне подходящее… Оно понятно тем, кто все это затеял…
И будет еще понятнее, когда они поймут, что получили в ответ…"
"Алексей прекрасно понимал, что он, волею судьбы оказавшись сейчас главным действующим лицом, является, наверное, одновременно и единственным, кто благодаря своей подготовке способен себя противопоставить кавказскому беспределу здесь, в тихой российской глубинке.
Надеяться на власть бесполезно. Власть – это правильное понятие, когда она целиком рассматривается как действенная величина, но в каждом отдельном случае все упирается в отдельных людей, в этой власти работающих, иногда честных, но гораздо чаще алчных, продажных, и прочих, кто признает только сиюминутный момент существования. Может быть, понимает, что становится частью замкнутого круга порочности системы, может быть, и сама система ему не нравится, но сил вырваться из этого круга нет, потому что та самая сиюминутная выгода перевешивает все остальное.
Но власть всегда состоит именно из конкретных звеньев, она складывается из них в целое. И если целое еще может что-то делать иное, иногда и полезное простому человеку, то каждое конкретное звено власти этого делать не будет и постарается даже хорошую инициативу для собственной выгоды использовать. Те, кто во власти сидит, не могут разделять свое внутреннее со своей работой, как это обязан делать офицер спецназа.
И в этом их беда, и в этом беда тех, кто вынужден власти подчиняться. Будь все иначе, не чувствовали бы алчные пришельцы себя здесь хозяевами…
Алексей понимал, что с властью бороться бесполезно и бессмысленно, потому что на смену одной власти может гораздо худшая прийти. И ни к чему это… Бороться можно только с конкретными людьми, власти принадлежащими или нет, но власть использующими.
